Русские казаки в Париже более двухсот лет назад

0
236

 

 

 

Взятие Парижа в 1814 году — завершающее сражение Наполеоновской кампании 1814 года, после которого император Наполеон отрёкся от трона

18 (30) марта 1814 года союзные армии фельдмаршалов Блюхера и Шварценберга (главным образом русские корпуса) атаковали и после ожесточённых боёв захватили подступы к Парижу. Столица Франции капитулировала на следующий день, прежде чем Наполеон успел перебросить войска для её спасения. Сражение за Париж стало в кампании 1814 года одним из самых кровопролитных для союзников, потерявших за один день боёв более 8 тысяч военнослужащих (из них более 6 тысяч русских), но в результате окончило эпоху Наполеоновских войн.

Предыстория 

В первых числах января 1814 года войска союзников, состоящие из русских, австрийских, прусских и немецких корпусов, вошли на территорию Франции с целью свержения Наполеона, разбитого в битве под Лейпцигом в октябре 1813 года. Союзники наступали двумя отдельными армиями: русско-прусскую Силезскую армию возглавлял прусский фельдмаршал Блюхер, русско-немецко-австрийскую Главную (бывшую Богемскую) армию отдали под начало австрийского фельдмаршала Шварценберга.

В сражениях на территории Франции Наполеон чаще одерживал победы, ни одна из которых не стала решающей из-за численного превосходства союзников. Наполеон редко имел под рукой в одном месте более 40 тысяч солдат, в то время как его противники располагали 150—200 тысячами. Союзники несколько раз пытались двинуться на Париж, но Наполеону удавалось, сконцентрировав силы, отбросить фланговыми ударами армии Блюхера и Шварценберга на исходные позиции.

В 20-х числах марта 1814 года Наполеон решил пройти к северо-восточным крепостям на границе Франции, где рассчитывал деблокировать французские гарнизоны, и, значительно усилив ими свою армию, принудить союзников к отступлению, угрожая их тыловым коммуникациям. Французский император надеялся на медлительность союзных армий и их страх перед его появлением в их тылу.

Однако союзные монархи, вопреки ожиданиям Наполеона, 12 (24) марта 1814 года одобрили план наступления на Париж. В пользу такого решения послужила информация о брожении в Париже и усталости французов от войны, в связи с чем снимались опасения ожесточённых боёв с вооружёнными горожанами на улицах полумиллионного города. Против Наполеона выслали 10-тысячный кавалерийский корпус под началом российского генерала Винценгероде при 40 орудиях с тем, чтобы ввести Наполеона в заблуждение относительно намерений союзников. Корпус Винцингероде был разбит Наполеоном 26 марта, но это уже не повлияло на ход дальнейших событий.

Возведение фортификационных сооружений вокруг Парижа началось лишь 23 марта, так как губернатор города Жозеф Бонапарт не имел соответствующих полномочий, а Наполеон долго не подписывал предлагаемые им планы. Он был в бешенстве, узнав, что Жозеф настаивает на подписании мира любой ценой («бессмысленная и преступная идея» по его мнению) и требовал от жены, находившейся с наследником во дворце Тюильри, держаться подальше от брата.

25 марта союзные войска двинулись на запад, на Париж, и в тот же день под Фер-Шампенуазом столкнулись с отдельными французскими частями, которые спешили на соединение с армией Наполеона. В бою французские корпуса маршалов Мармона и Мортье были разбиты и откатились к Парижу.

29 марта союзные армии подошли вплотную к передовой линии обороны столицы.

Когда 27 марта Наполеон узнал о наступлении на Париж, то высоко оценил решение противника: «Это превосходный шахматный ход. Вот никогда бы не поверил, что какой-нибудь генерал у союзников способен это сделать». На следующий день он от Сен-Дизье (прим. 180 км восточнее Парижа) бросился со своей небольшой армией на спасение столицы, однако прибыл слишком поздно.

Оборона Парижа и диспозиция сторон 

План сражения за Париж в 1814. Дата 18 марта указана по ст. стилю

Париж был крупнейшим городом Европы с населением в 714 600 человек (1809 год), большая часть его находилась на правом берегу Сены. Излучины Сены и её правый приток Марна ограждали город с 3 сторон, на северо-восточном направлении от Сены до Марны протянулась цепь возвышенностей (из которых наиболее значимой был Монмартр), замыкая кольцо природных укреплений. Канал Урк с северо-востока проходил между этими высотами, впадая в Сену в самом Париже.

Оборонительная линия столицы Франции располагалась примерно вдоль частично укреплённых высот: от Монмартра на левом фланге через селения Лавилет и Пантен в центре и до возвышенности Роменвиль на правом фланге. Места, примыкающие к Сене на левом фланге и Марне на правом, прикрывались отдельными отрядами и кавалерией. В некоторых местах были возведены палисады для препятствия коннице союзников.

Расстояние от передовой линии обороны до центра Парижа составляло 5—10 км.

Левый фланг от Сены до канала Урк (включая Монмартр и Лавилет) защищали войска под командованием маршалов Мортье и Монсея. Правый фланг от Урка до Марны (включая Пантен и Роменвиль) оборонял маршал Мармон. Верховное командование формально сохранял наместник Наполеона в Париже, его брат Жозеф.

Число защитников города оценивается историками с широким разбросом от 28 до 45 тысяч, наиболее часто фигурирует цифра в 40 тысяч солдат. По разным данным у французов было 22—26 тыс. регулярных войск, 6—12 тыс. ополченцев (Национальная Гвардия под командованием маршала Монсея), из которых далеко не все появились на боевых позициях, и около 150 орудий. Нехватка войск частично компенсировалась высоким боевым духом защитников столицы и их надеждой на скорое прибытие Наполеона с армией.

Союзники подошли к Парижу с северо-востока 3 основными колоннами общей численностью до 100 тысяч солдат (из них 63 тыс. русских): правую (русско-прусскую Силезскую армию) вёл прусский фельдмаршал Блюхер, центральную возглавлял российский генерал-от-инфантерии Барклай-де-Толли, левая колонна под командованием кронпринца Вюртембергского двигалась вдоль правого берега Сены. Боевые действия в центре и на левом фланге союзников возглавил главнокомандующий русскими войсками в Главной армии генерал от инфантерии Барклай-де-Толли.

Ход сражения 

Оборона заставы Клиши в Париже в 1814 году Картина О. Верне, который сам был участником обороны Парижа.

Союзники спешили овладеть Парижем до подхода армии Наполеона, поэтому не стали дожидаться сосредоточения всех сил для одновременного штурма со всех направлений. В 6 часов утра 30 марта наступление на Париж началось с атаки селения Пантен в центре русским 2-м пехотным корпусом принца Евгения Вюртембергского. Одновременно генерал Раевский с 1-м пехотным корпусом и кавалерией Палена 1-го пошёл на штурм высот Роменвиля. Как обычно, гвардия оставалась в резерве.

Французы предприняли сильную контратаку на Пантен, так что Евгений Вюртембергский, потеряв только убитыми до 1500 солдат, запросил подкреплений. Барклай-де-Толли послал две дивизии 3-го гренадерского корпуса, которые помогли переломить ход боя. Французы отступили от Пантена и Роменвиля к селению и возвышенности Бельвилю, где могли рассчитывать на прикрытие сильных артиллерийских батарей. Барклай-де-Толли приостановил продвижение, ожидая вступления в дело запоздавших Силезской армии Блюхера и войск кронпринца Вюртембергского.

В 11 часов утра Блюхер смог атаковать левый фланг французской обороны. По воспоминаниям генерала Мюффлинга силезская армия запоздала с началом штурма из-за канала Урк, который не был нанесён на карты и который пришлось с трудом форсировать.

К укреплённому селению Лавилет приблизились прусские корпуса Йорка и Клейста с корпусом Воронцова, русский корпус Ланжерона пошёл на Монмартр, господствующую возвышенность над Парижем. Увидев с Монмартра превосходство вражеских сил, формальный командующий французской обороной Жозеф Бонапарт решил покинуть поле боя, оставив Мармону и Мортье полномочия для сдачи Парижа ради спасения города.

Сражение при Париже в 1814 г.худ. Б. Виллевальде (1834)

В 1 час дня колонна кронпринца Вюртембергского перешла Марну и атаковала крайне правый фланг французской обороны с востока, пройдя через Венсенский лес и захватив селение Шарантон. Барклай возобновил наступление в центре, и вскоре пал Бельвиль. Пруссаки Блюхера выбили французов из Лавилета. На всех направлениях союзники выходили непосредственно к кварталам Парижа. На высотах они устанавливали орудия, дула которых смотрели на столицу Франции.

Желая спасти многотысячный город от бомбардировки и уличных боёв, командующий правым флангом французской обороны маршал Мармон к 5 часам дня отправил парламентёра к русскому императору. Александр I дал такой ответ: «Он прикажет остановить сражение, если Париж будет сдан: иначе к вечеру не узнают места, где была столица».

Прежде чем условия капитуляции были согласованы, Ланжерон штурмом овладел Монмартром, за что Александр I вручил ему орден Андрея Первозванного. Командующий левым флангом французской обороны маршал Мортье также согласился на сдачу Парижа.

Капитуляция Парижа была подписана в 2 часа утра 31 марта в селении Лавилет на условиях, которые составил полковник Михаил Орлов, оставленный заложником у французов на время перемирия. Глава русской делегации Карл Нессельроде следовал инструкции императора Александра, предполагавшей сдачу столицы со всем гарнизоном, однако маршалы Мармон и Мортье, найдя такие условия неприемлемыми, выговорили право отвести армию на северо-запад.

К 7 часам утра, по условию соглашения, французская регулярная армия должна была покинуть Париж. В полдень 19 (31) марта 1814 года эскадроны кавалерии во главе с императором Александром I триумфально вступили в столицу Франции. «Все улицы, по которым союзники должны были проходить, и все примыкающие к ним улицы были набиты народом, который занял даже кровли домов», — вспоминал Михаил Орлов. В последний раз вражеские (английские) войска вступали в Париж в XV веке во время Столетней войны. В предместьях народ встречал войска союзников подавленно, однако с продвижением к церкви Мадлен настроение менялось: в аристократических кварталах союзникам уже бросали цветы, и кое-где появились белые кокарды роялистов.

Колонны наши с барабанным боем, музыкою и распущенными знаменами вошли в ворота Сен-Мартен… Любопытное зрелище представилось глазам нашим, когда мы… очутились у Итальянского бульвара: за многочисленным народом не было видно ни улиц, ни домов, ни крыш; всё это было усеяно головами, какой-то вместе с тем торжественный гул раздавался в воздухе. Это был народный ропот, который заглушал и звук музыки и бой барабанов. По обеим сторонам стояла национальная гвардия… От десяти часов утра войска шли церемониальным маршем до трех часов.

— Н. И. Лорер

Итоги и последствия сражения

Русские в Париже. Французский юмор 1814 года.

Участник кампании и историк Михайловский-Данилевский в своем труде о заграничном походе 1814 года сообщил такие потери союзных войск под Парижем: 7100 русских, 1840 пруссаков и 153 вюртембергца, всего свыше 9 тыс. солдат. На 57-й стене галереи воинской славы храма Христа Спасителя указано более 6 тысяч русских воинов, выбывших из строя при взятии Парижа, что соответствует данным историка М. И. Богдановича (более 8 тыс. союзников, из них 6100 русских).

Французские потери оцениваются историками в более 4 тыс. солдат. Союзники захватили 86 орудий на поле боя и ещё 72 орудия достались им после капитуляции города,[11] М. И. Богданович сообщает о 114 захваченных орудиях.

Гарнери, Луи «Большая удача казаков». Карикатура. 1815 год.

Решающая победа была щедро отмечена императором Александром I. Главнокомандующий русскими войсками генерал Барклай-де-Толли получил чин фельдмаршала. 6 генералов удостоились ордена Св. Георгия 2-й степени. Исключительно высокая оценка, если учесть, что за победу в крупнейшем сражении Наполеоновских войн под Лейпцигом орден Св. Георгия 2-й степени получили 4 генерала, а за Бородинское сражение был удостоен только один генерал. Всего за 150 лет существования ордена 2-ю степень вручали лишь 125 раз. Отличившийся при взятии Монмартра генерал от инфантерии Ланжерон удостоился высшего ордена Св. Андрея Первозванного.

Наполеон узнал о капитуляции Парижа в Фонтенбло, где поджидал подхода своей отставшей армии. Он сразу же решил стянуть все имеющиеся войска для продолжения борьбы, однако под давлением маршалов, учитывающих настроения населения и трезво оценивающих соотношение сил, 23 марта (4 апреля) 1814 года Наполеон отрёкся от трона.

10 апреля, уже после отречения Наполеона, на юге Франции произошло последнее сражение в этой войне — битва под Тулузой. Англо-испанские войска под командованием герцога Веллингтона сделали попытку овладеть Тулузой, которая оборонялась маршалом Сультом. Тулуза капитулировала только после того, когда вести из Парижа достигли гарнизона города.

В мае был подписан мир, вернувший Францию в границы 1792 года и восстановивший там власть династии Бурбонов. Эпоха Наполеоновских войн закончилась, только вспыхнув в 1815 году при знаменитом кратковременном возвращении Наполеона к власти (Сто дней).

https://ru.wikipedia.org/ — link

Русские казаки в Париже более двухсот лет назад.

Между всякими событиями как -то пропустили, что русские-то Париж взяли почти 206 лет назад! Непонятно зачем отдали, я бы не отдал.  31 марта 1814 года русские войска вошли в Париж во главе с императором Александром I. После чего Наполеон окончательно отрекся от трона.

Надо отметить постом,  чтобы «день взятия Бастилии не зря прошел».

Так получилось, что только что прочел в книге Даниила Гранина фрагмент на эту тему:

«На экзамене в школе учительница меня спросила — почему Лев Толстой в романе „Война и мир“ описал, как французы входят в Москву в 1812 году,  а не как русские войска победили и вошли в Париж? Действительно, почему? Я был озадачен. Мялся, мычал... Казалось бы, такой красивый выигранный естественный ход войны. Потом я долго размышлял над этим вопросом.  Что я придумал? А то, что поражение подняло духовную мощь народа, так что, казалось бы, разбитый, он сумел собраться с силами и погнать противника. Не сломался. Поражение выявило такие силы, о каких Наполеон и не подозревал. Наверное, вот эта скрытая мощь, верность своей свободе больше всего привлекали Толстого.»

Так, всё-таки, что же делали наши в Париже? Французы по отзывам мерзли, грабили, в русском языке появилось слово «шаромыжник» от французского «шер ами». Вот что писал жене генерал Жан Доминик Компан: «Вот, моя дорогая, что мне удалось достать из мехов: лисья шуба — частью полосы чёрные, частью красные; лисья шуба — частью полосы голубые, частью полосы красные. Лисьи шкуры в этой стране (только) добывают, а гарнитуры из них (здесь) не делают. Эти две шубы, о которых сообщил ранее, очень хорошие; большой воротник из лисы серо-серебряный; воротник чёрной лисы. И тот, и другой очень красивые…»

Париж был взят мирно, вошли и вошли. Французы побаивались прихода «русских варваров».

В народном фольклоре остались казачьи песни времен войны 1812 года в сборнике Киреевского:

Под славным было городом Парижем,
Собиралося Российское славное войско.
Они лагери занимали в чистом поле,
Шанцы и батареи  там порыли,
5. Пушечки и мортирушки там становили.
Константин-то наш по армии разъезживает,
Оне пехоту и кавалерию рассчитывает:
«Надевайте вы, солдатушки, платье бело,
По утру вам, милые, будет дело!
10. Когда бог нам поможет Париж взята,
Отпущу я вас, любезны, в него погуляти!»

 

Не было тогда фотографов, которые могли запечатлеть наших в Париже, но были художники, оставившие рисунки и остались мемуары очевидцев.

Георг Эммануэль Опиц родился  в 1775 году в Праге, жил в Лейпциге, рисовал сценки на продажу: ярмарки, гуляния, сцены народной жизни. В 1814 оказался в Париже и стал свидетелем исторического события. Свои акварели, скорее всего , он рисовал тоже на продажу. Известно 40 работ, 10 хранятся в Эрмитаже. Живость наблюдений, натурные зарисовки с добросовестным вниманием к деталям, налет ироничности, — все это делает акварели очаровательными. Видно, что у художника есть опыт схватить и запомнить увиденное наяву. С другой стороны, Опиц создает словно собирательный образ русских казаков, некий комикс, в котором его герои гуляют по Парижу.

Казаки уже стали героями местных «лубков», они сами с интересом разглядывают эти картинки. Некоторые карикатуры дошли до современности, например портрет Наполеона, составленный из трупов, что доказывает, что Опиц рисовал с натуры вполне достоверно.

Донской казак оторвался от своих войск в момент вступления в Париж и окружен любопытными парижанами, он отдает им честь.

На левой руке казака белая повязка. Белый цвет — цвет роялистов, выступавших за реставрацию династии Бурбонов.  Повязка на руку была введена во избежание путаницы между войсками союзников.  Австрийцы носили зеленые ветви, которые французы воспринимали изображением лавров, это порождало ссоры и драки.                                       

Казак раздает парижанам листы с напечатанной декларацией Александра Первого. Это сюжет первых дней пребывания русских войск в Париже. С момента вступления на территорию Франции Александр дал приказ по войскам, «чтобы обходиться с жителями как можно дружелюбнее и побеждать их более великодушием, нежели мщением, отнюдь не подражая примеру французов в России».

На углу улицы de Grammont казак спорит со старухой-француженкой. Можно разглядеть казачий скарб, навьюченный на осла.

При общении могли возникнуть языковые трудности. И.М. Казаков вспоминал : « Походы по Польше,Германии и Франции внесли путаницу в филологические познания наших солдат, так например, научившись в Польше по -польски, когда вошли в Германию, стали требовать, что им нужно по -польски и удивлялись, что немцы не понимали их... Прийдя во Францию, они усвоили себе некоторые немецкие слова и требуют от французов... „
Что он там ей говорит по немецки ? Holen Sie sich die alte Hexe!

Парижане читают наклеенные на стену декларации и распоряжения, а между тем в город заходят казаки.  Благодаря адресам на стенах домов акварели Опица топографичны, можно найти эти места и представить себе, как они выглядели тогда. Погода в этот день была прекрасная, на улицах было множество гуляющего народа.

Казаков приглашают зайти в кофейню. В записках Муравьева-Карского можно прочесть:“ Парижанки приходили продавать водку a boire la gotte... Наши солдаты скоро стали называть водку берлагутом, полагая , что это слово есть настоящий перевод сивухи на французском языке. Вино красное они называли вайном и говорили, что оно гораздо хуже нашего зелена вина. Любовные похождения назывались у них трик-трак, и с сим словом достигали они исполнения своих желаний».

Действие происходит у дома под названием «Полупансион юных дам»на улице des bons Enfans. Назначение дома не вызывает сомнений, на стене объявление о способах предохранения от венерических болезней. Девицы с балкона улыбаются казакам и заметно, что они накрашены.

И. Радожецкий вспоминает:" Парижане, воображая русских по описанию своих патриотов варварами, питающимися человеческим мясом, а казаков — бородатыми циклопами, чрезвычайно удивлялись, увидевши российскую гвардию  и в ней красавцев-офицеров, щеголей, не уступающих как в ловкости, так и в гибкости языка и степени образования первейшим французским франтам".

Для охраны спокойствия гражданского населения организовывали патрули из русских солдат и французов. Командовать назначался русский офицер, говорящий на французском.

Идут они мимо китайских бань, в которых офицеры при  посещении не нашли ничего китайского.

Гвардейские казаки пользовались популярностью у француженок. Со своей стороны многие русские офицеры оставили воспоминания о них : « ...все француженки не показались мне красавицами, истинно хорошеньких не видно, но много приятных лиц, таких, которые чем-то нравятся, например: вас поражает быстрота их глаз, их ловкость в ухватках, в одежде, и особливо в обуви; последнее поневоле заметишь,смотря как она перепрыгивает с камня на камень через улицу». Тот факт, что у француженок платья короче, чтобы ноги были видны, отметил многие, в России такого не бывало.

Торговые пассажи Парижа тоже поражали русских. Русский офицер Радожицкий вспоминал : « Восковые бюсты с париками, выставленные при некоторых лавках под стеклом, показались нам столь же белы и живы, как сами парикмахеры».

Другой гвардейский гусар вспоминал:" Кто бывал в Париже, тот знает, что там почти птичьего молока можно достать, только бы были деньги, а деньги были розданы по повелению императора Александра Павловича чуть ли не накануне, в размере двойного и тройного жалования за все три кампании 1812, 1813 и 1814 годов."

Казаки общаются в Тюильри с детишками, у многих дома свои семьи и дети, по которым они соскучились.

Два русских казака наблюдают за бродячим актером.

Из воспоминаний офицера 1-го егерского полка М.М. Петрова:" Вообще стихия парижан — буря всех страстей. Там на каждом малом пространстве, особливо булеварного проспекта и Елисейских полей, везде призывы сердец к наслаждениям. Тут показывают выученных зверей, птиц, рыб и гадов, фокус-покусы, фантасмагории, панорамы и волшебные фонари, или танцы великолепных кадрилей на натянутых проволоках и веревках, или огнецветные китайские изделия, сгорающие при звуках приятнейшей гармоники с особливо вразумительною прелестию переливов и блесков".

Пале- Рояль был тогда местом, где искушений хватало. Как написал один русский мемуарист : « Перед лавками, между проходящими взад и вперед тоже множество женщин, но, как кажется, из разряда тех, которых не знаешь , как и назвать, если не назовешь их настоящим именем. Они гуляют по две, по три, громко болтают, хохочут, отпускают такие шуточки, что в ушах трещит, адресуясь ко всякому, кто хоть мимолетное остановит на них внимание.»

Рядом с казаками женщина торгует презервативами, она протягивает пакетик, на котором написано «rob antisifilitique» ( антисифилитическое платье). Женщины — любого цвета кожи, для русских казаков — невидаль.

Сценка в кафе, где казаки развлекаются кукольным спектаклем и обществом француженок.

Париж мог порадовать гастрономическими изысками, хотя гастрономические вкусы у русских и французов не всегда совпадали. И время обеда было разным. Русские привыкли обедать  в полдень, французы в 6 вечера.

Забавный эпизод описан А.Я. Миркович:" Нам указали хороший ресторан, и мы в него ввалились в большом обществе наших офицеров. Сели за стол, кушанье подают очень порядочное, и нам в особенности хорош показался белый соус с ножками молоденьких цыплят, как нам по виду и по вкусу показалось. Счастливый гарсон, заметивши, что это блюдо нам понравилось, тотчас предложил — «не угодно ли вам повторить: все находят, говорил он, что у нас отлично приготовлено это блюдо, потому что мы всегда добываем самых лучших лягушек. „ Мы остолбенели!.. .но я поспешил ему сказать:“ не надо, благодарим, подавайте следующее».

Произведения изящных искусств, свезенные Наполеоном из многих стран как «военные трофеи» и ставшие украшением французских музеев, по настоянию Александра Первого остались в Париже.  Он считал, что в Париже они будут доступнее для всех жителей Европы.

Н.Н. Муравьев-Карский вспоминал : « Я был в Musee Napoleon в „gallerie des Tableau“, измерил шагами залу в сей галерее, она имеет более 300 шагов в длину. Я не был в состоянии судить о красоте картин и статуй, но невольным образом останавливался перед лучшими и восхищался ими. Видал знаменитого Аполлона Бельведерского и Венеру и множество древних статуй, привезенных из Рима.

Кое-кто из офицеров в Париже проигрался, некоторые даже были вынуждены продать лошадей. Однако этот, похоже подкатывает к француженке, а не собирается играть. 

Рулетка еще не было тогда популярна в России, большинству русских офицеров она была неизвестна до похода в Париж, поэтому многие играли из любопытства.

Прапорщик лейб-гвардии Семеновского полка И.Казаков писал в своих мемуарах:» Как нам, так и солдатам хорошее было житьё в Париже; нам и в голову не приходило, что мы в неприятельском городе... Солдат наших тоже полюбили — народ видный, красивый. Около казармы всегда куча народа, и молодые торговки с ящиками через плечо, с водкой, закуской и сластями толпились около солдат на набережной перед казармой".

Донской казак приценивается к домашней колбасе, а второй русский в крестьянской одежде отрезает от колбасы кусок на пробу. Многие русские дворяне имели при  себе крепостных в качестве слуг.

Казак покупает провизию у парижанина. На нем уже какая-то соломенная шляпа, явно не из России.

Русские биваки расположились прямо на Елисейских полях. И.И. Лажечников, в то время адъютант Остермана-Толстого, позже писатель, вспоминал в «Походных записках русского офицера»: «20 марта. Казаки расположили свой стан на Елисейских полях: зрелище, достойное карандаша Орловского ( известный русский художник, рисовавший казаков) и внимания наблюдателя земных превратностей! Там, где парижский щеголь подавал своей красавице пучок новорожденных цветов и трепетал от восхищения, читая ответ в ласковых её взорах, стоит у дымного костра башкирец, в огромной своей засаленной шапке с длинными ушами, и на конце стрелы жарит свой бифштек. Гирлянды и флеровые покрытия заменены седлами и косматыми бурками...»

А вот и жарится мясо. Подошел французский повар из близлежащего ресторана и интересуется процессом готовки.

Все казачьи полки, за исключением лейб-гвардии Казачьего жили в полевых условиях, их не ставили на постой к парижанам , желая упредить возможные стычки с хозяевами.  Во французских источниках можно найти упреки в адрес казаков, что « в бытность их пребывания у дворца Наполеона в Фонтенбло они выловили и съели достославных карпов в тамошних заповедных прудах».

Здесь запечатлено знаменательное событие — снятие 8 апреля 1814 года статуи Наполеона с Вандомской колонны-постамента. Оживленная толпа парижан устремляется к площади. Происходящее мало волнует казаков на первом плане. У казака с бутылкой в руке на груди серебряная медаль 1812 года и Георгиевский крест — высшая награда для нижних чинов русской армии.

Во время военных действий у казаков всегда был сухой закон, но после трех лет  войны, устроить пирушку с песнями и плясками — удовольствие ! " Ухарские пляски казаков, их песни и припевы... очень нравились французам ", — вспоминал И.П. Липранди.

Художник изобразил, как купают и поят своих лошадей казаки около моста de la Concorde, парижане смотрят на них с интересом.  Похоже, что казаки совсем не обращают внимания на то, что сверху за ними наблюдают дамы.

Известный русский публицист Федор Глинка напечатал перевод французского сочинения «Прощание русских с парижанами», купленного им на улице и написанного якобы от лица русского офицера:

« Прощайте, поля Елисейские, прощай и ты, Марсово поле! Мы расположили на вас биваки свои, застроили вас хижинами, шалашами, будками и жили в них как в палатках. Нередко милые городские красавицы навещали кочующих соседей своих. Они не пугались ратного шуму и прыгали зефирами по грудам оружия.

...Мы никогда не забудем ваших чудесных трактирщиков, купцов и конфетчиков... Актеры и актрисы, певцы и певицы, прыгуны и прыгуньи, прощайте ! Мы уже не будем более есть апельсинов  в комедии, восхищаться прыжками в опере, забавляться ухватками плутоватых гаеров на булеварах, мы не увидим чудесных прыгунов по канату в Тиволи, обезьян на площади Музеума, ораторов в Антенеи и  китайских теней  в Пале-Рояль».

Рекламный проспект, да и только.

https://vita-colorata.livejournal.com/652951.html — link

 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here