Военная операция на украине +394

0
1137

 

Сначала были “Джавелины”. Которые сначала “им, конечно же, не дадут”, потом “дадут, но старые”, потом “дадут, но они ничего не изменят”. Итог: Именно оснащённой современными противотанковыми средствами украинской мобильной лёгкой пехоте мы обязаны “деэскалацией” ВС РФ из-под Киева, Чернигова, Сум и Харькова, поданной как “жест доброй воли”.

Потом были “Байрактары”, потом “Стингеры”, благодаря которым основной формой боевой работы ВС РФ на линии фронта стали атаки НУРСами вражеских укрепрайонов с кабрирования, вызывающие здоровый смех у зрителей на земле с обеих сторон фронта по причине смешной эффективности авиационных НАР С-8 против бетонированных укреплений ВСУ.  

Действительно плохие новости

Сейчас по такой же схеме общественностью активно обсуждаются поставки в ВСУ американских и немецких танков. Сначала “им, конечно же, не дадут“, потом “дадут, но старые”, потом “дадут, но они ничего не изменят”… И проблема тут не в том, что  интернет-общественность сравнивает “Абрамсы” и “Леопарды” с Т-72Б3 или Т-90 последних моделей, хотя на фронт сейчас в качестве основного пополнения с хранения “поднимаются” Т-72 и Т-80 первых выпусков, даже без динамической защиты и массово готовятся воевать ещё более “древние” Т-62.

 

Российские военнослужащие изучают трофейные «Джавелины»

Проблема в том, что интернет-общественность иной раз с точностью до запятой повторяет дискурс о советских и немецких танках в 1941-м году и о причинах поражений РККА в начале войны. Дискурс, породивший в конце 90-х – начале 2000-х бум всевозможных псевдоисторических теорий относительно того, как прекрасные новейшие Т-34 и КВ могли проиграть сражения лета 1941-го панцерваффе, в которых на первых позициях по численности были немецкий Pz-III и чешский 38 (t).

Создаётся впечатление, что нынешний дискурс ведут абсолютно те же самые люди, но при этом такие фундаментальные для понимания данной проблематики книги как “Антисуворов” А.В. Исаева и “Порядок в танковых войсках?” А.А. Уланова и Д.В. Шеина, изданные как раз по итогам тех давних споров, вроде бы достаточно крупными тиражами и уже давно свободно доступные в Сети, целиком и полностью прошли мимо них. И люди в очередной раз обсуждают миллиметры пушечных калибров и прочие “километры-в-час-по-шоссе”, хотя, казалось бы, 2022-й год дал множество поводов задуматься над тем, что, возможно, дело не в списочном составе армий и прочих “табличных значениях”.  

Выяснять, что это — двадцать лет полного интеллектуального застоя или смена поколений, не наша задача. Наша задача – постараться объяснить общественности, где же, на самом деле, притаились действительно плохие для нас новости.

Невыученные уроки

Два главных урока этой войны, не выученных, похоже, ни российской “интересующейся публикой”, ни российскими же военными, были преподаны нам в ходе весенней “деэскалации” и в ходе Изюмского наступления противника.

“Деэскалация” показала, что даже огромные массы относительно современной бронетехники, не будучи управляемыми в реальном времени, не ведя постоянную разведку во всех направлениях и не имея вокруг себя достаточного мобильного и хорошо управляемого “пехотного наполнения”, не могут успешно решать задачи маневренной войны.

Причём для полного провала им вовсе не обязательно иметь против себя аналогичные механизированные бригады, дивизии или, на худой конец, БТГры противника. Достаточно управляемой, ориентирующейся на местности и ведущей постоянную разведку с БПЛА мобильной пехоты противника, оснащённой современными противотанковыми средствами.

Когда “Танковые клинья”, вырвавшиеся вперёд, обнаружат, что у них нет коммуникаций и что даже присутствие в конвое снабжения танка или двух не гарантирует его успешной проводки, а связь с командованием эпизодична и фрагментарна, на сцене появляются мобильные миномёты и артиллерия противника, опять же со своими БПЛА, уничтожающие всю лёгкую технику, кроме танков, после чего танкистам остаётся только подорвать неисправные машины и отступить, пока есть топливо хотя бы для этого.

Причины этой ситуации, повлекшей за собой “деэскалацию”, были достаточно очевидны любому человеку, интересовавшемуся “танковой войной” хотя бы в рамках Второй Мировой. Но это не помешало, разумеется, многим “экспертам” заявить, что, мол, “время танковых клиньев прошло”, и лицо войны вновь — изрытые воронками поля и посадки по образцу Первой Мировой. И никак иначе.

Теперь, мол, нельзя незаметно ничего сосредоточить, нельзя быстро прорвать фронт на значимую глубину, нельзя, нельзя, нельзя… А потом наступило время второго урока — 6 сентября.

Разбитая колонна ВС РФ 27.02.22

Перегруппировка украинских войск на Изюмское направление была вскрыта. И к началу сентября только самый ленивый военкор не успел написать, что “что-то там готовится”. По перебрасываемым частям ВСУ наносились ракетные удары, реальную эффективность которых, правда, так и не удавалось проверить.

ВСУ тем временем успешно нащупали на фронте “окна” в виде “мобилизационных” подразделений, не имеющих тяжёлого вооружения, через которые и нанесли удары, схлопнувшие фронт.

Нормальное управление войсками с нашей стороны было потеряно в первый же день, украинские боевые группы, управляемые и маневренные, действуя в полном соответствии с доктриной маневренной войны, ринулись вперёд, обходя выявляющиеся очаги упорного сопротивления и захватывая сходу населённые пункты и перекрёстки дорог там, где они такового сопротивления не встречали.

Наши обойдённые части, даже способные сопротивляться, вынуждены были отступать под угрозой окружения и полного уничтожения. Вне застройки серьёзное сопротивление противнику смогли оказать только БТГры мотострелковых дивизий, за спиной у которых находились части 1-й гвардейской танковой армии. Части эти организованно в бой не вступили, и в итоге Изюмская группировка ВС РФ подарила противнику, помимо складов и множества разбросанной по полям и дорогам спецтехники, от комплексов БПЛА “Орлан” в полном комплекте до ЗРК, ещё и свои танковые СПАМы под Изюмом.

ВСУ в отбитом ими  городе Изюм 10.09.2022 г.

К моменту сдачи Красного Лимана российская армия, только-только общими усилиями 1 и 2 АК НМ Республик и приданных частей ВС РФ медленно вывернувшая Лисичанский “карман”, как-то внезапно и резко обнаружила себя не только побитой тем самым способом, каким не смогла в феврале-марте побить противника, но и воюющей на пределе человеческих ресурсов, с мизером исправной бронетехники, среди которой уже встречаются антикварные Т-62, и в ситуации надвигающегося “снарядного голода”, вызванного не только и не столько методичным уничтожением складов “Хаймарсами”, сколько огромным непродуктивным расходом боеприпасов весной и летом.

Был без боя оставлен Херсонский плацдарм, упорно оборонявшийся перед этим несколько месяцев. Началась, с большим опозданием, “частичная мобилизация”, вторично породившая “стрелковые полки” без тяжёлого вооружения, хотя опыт использования таких мобилизационных частей, сформированных в ЛНР и ДНР, должен был навести на мысли о том, что толпы необученных и практически неуправляемых людей со стрелковым оружием – просто мишени для вражеской артиллерии и миномётов.

От рефлексий на тему произошедшего и будущих неприятностей общественность решили оградить перманентной трансляцией штурма Артёмовска подразделениями ЧВК “Вагнер”. Неприятной темы “маневренной войны” в XXI-м веке и того, куда же она у нас делась, решено не касаться. А зря. 

Кто не хочет учиться – тот будет бит снова и снова противником, у которого есть не только источники современной техники, но и требовательные учителя.

Зачем это вообще надо?

Собственно, именно затянувшийся штурм Артёмовска и сопряжённые с ним кровавые события на луганском и донецком фронтах позволяют как нельзя лучше объяснить, зачем же, всё-таки, нужна маневренная война.

С завидной регулярностью новостные порталы сообщают, что противник-де перебросил на оборону города такую-то бригаду, потом — такую-то бригаду, потом – такую-то. Порталы эти особо не пишут о многочисленных “штурмах”, устраиваемых в окрестностях Донецка и на фронте в ЛНР для того, чтобы противник не мог совсем уж беспрепятственно ротировать войска на наиболее горячем участке.

Слабо обученные “штурмовики”, собранные с донбасских полков и бригад, вчерашние “мобики” (“кадровая” пехота Республик уже давно в массе своей закончилась), пытаются в условиях снарядного голода, почти без техники и без нормальной связи и управления штурмовать позиции ВСУ. При этом основным мерилом боеспособности служат не управляемость “штурмовиков” на поле боя и не их навыки работы с тяжёлым пехотным вооружением (раз толком нет артиллерии), а “готовность нести потери”.

Противник, у которого есть возможность и ротировать войска, и подвозить боеприпасы, занимается тем, что разменивает своих “мобиков” и “тероборонцев” на “вагнеров” и других “штурмовиков”. Под кричащими заголовками о “прорывах фронта” нашими войсками оказываются довольно предсказуемые новости о том, что, взяв очередной вражеский “опорник”, наши войска обнаружили за ним следующую оборонительную линию, и хорошо если не попали при этом в огневой мешок.

Медленно, большой кровью, сдвигаемая “штурмами” оборона противника стоит на артиллерии, РСЗО и миномётах, которые обеспечиваются данными для стрельбы с помощью БПЛА и наземных камер наблюдения. Потери противника в ценных военных специалистах, которые эту оборону обеспечивают – связистах, артиллеристах, операторах БПЛА, минимальны, потери в технике – тоже.

Танки в этих боях низведены до уровня тяжелобронированных самоходных установок, ведущих огонь с закрытых позиций или “штурмовых орудий”, поштучно придаваемых группам пехотинцев. Наверное, должна полностью закончиться на “штурмах” первая волна российских “мобиков”, чтобы военное руководство РФ осознало, что позиционный тупик – это, всё-таки, тупик, а умение пробивать головой стенку – ограниченно полезный навык.

Противник тем временем прекрасно понимает, зачем нужна механизированная маневренная война. Зачем нужны полнокровные, хорошо управляемые механизированные и танковые бригады/дивизии.

Маневренная война избавляет от необходимости штурмовать одну линию укреплений противника за другой, за время штурма которых он выстроит третью линию, а потом и четвёртую.

Прорвав фронт достаточно широко в одном месте, на всю глубину и введя в прорыв маневренные части, атакующий прерывает управление и снабжение войск противника, громит его неразвёрнутые резервы, обессмысливает сопротивление войск, оставшихся в “котлах” без снабжения.

Бросают свою технику, отступают, гибнут и попадают в плен ценные военспецы противника – артиллеристы, связисты, операторы БПЛА, опытный средний комсостав.

Маневренная война – это куда более сложный процесс, чем война позиционная с её “штурмовыми операциями”.

Процесс, требующий куда более сложного и разностороннего обеспечения в быстро меняющейся обстановке, более высокого уровня управляемости и более высокого уровня подготовки комсостава всех уровней.

Но дающий в результате совершенно иное соотношение потерь, радикально отличающееся в пользу наступающего. И по-настоящему плохие новости состоят не в том, что “укропам» дадут современные танки и БМП”, а в том, что у укропов есть понимание того, как их правильно применять и старательно выстраиваемые ими необходимые для этого организационные структуры.

В то же время наши военные, кажется, делают всё, чтобы у нас такие же аналогичные структуры, потрёпанные боями, ни в коем случае не достигли того уровня боеспособности, который позволил бы им проводить успешные маневренные операции. “Нет ума – штурмуй дома”.

Доходы и расходы

Уже более ста лет оборона, когда она есть и работает, стоит на трёх вещах

— опытных кадрах среднего звена, способных организовать активный отпор атакующим, измотать их, а потом разумно ввести резервы в контратаки в нужное время в нужном месте,

— работающей связи, позволяющей им руководить войсками, то есть в первую очередь на кадрах этой связи, на связистах,

— артиллерии, то есть, опять же, на опытных умелых артиллеристах.

Если есть три эти компонента и необходимая плотность наполнения укрепленных полос войсками, если есть маневренные бронетанковые резервы – возможна успешная оборона, ломающая все планы противника.

В свою очередь, наступательная операция складывается из, условно, «фазы вложений», когда вы несёте потери, прорывая оборону противника, если вы, конечно, её в итоге прорываете. Потери вы несёте, при прочих равных(!), как правило, куда большие, чем обороняющийся противник, и из «фазы получения прибыли», когда прорывы фронта реализуются в быстро захлопывающиеся маневренными соединениями котлы, в которых остаются те самые кадры, на которых у противника строилось всё то, что вы с таким трудом прорывали (но всё-таки в наиболее удобных для вас местах).

Их гибель или плен в котле — это и есть главный «доход» операции. Успевает враг сбежать, вытянуть войска из «котла», хотя бы и бросив тяжёлую технику, — результаты операции становятся сомнительны, потому что вы свой трудно восполнимый ресурс в виде людей положили, а противник, попотрошив как следует ваши наступающие части, отступил. 

На финальной стадии взятия Лисичанска я писал именно об этом. Сбегут оттуда «ценные военспецы противника» — фронт потом надолго стабилизируется в районе Северска, потому что наши войска, измотанные боями за Северодонецк, Лисичанск и прочие взятые населённые пункты, столкнутся с противником, которому будет на что «сесть» обороняться не только в плане каких-то укреплений, это вторично, но и в плане управления, связи и артиллерии.

Массовая сдача ВСУ в плен в  «Мариупольском котле». Бои за Мариуполь — редкий для этой войны пример по настоящему успешной наступательной операции ВС РФ

Что будет означать сейчас взятие Артёмовска? Только то, что противник сочтёт исчерпанным оборонительный потенциал этого района.

Командование ВСУ более не устраивает соотношение потерь наступающих и обороняющихся, и оно, вполне возможно, действительно уже выводит из города основную группировку. Задача остающихся — дать уйти, привестись в порядок и встать на новые позиции новых оборонительных линий тем, кто дальше будет потрошить очередных «штурмующих».

Россия получит руины города и его окрестностей, море пиара и победоносных реляций. Но сражение в замкнутом котле, без снабжения боеприпасами и пополнений, отборным частям противника навязать не сможет. И самое неприятное — то, что это всех устроит.

Идея “дожать” противника “штурмами” овладела умами военного руководства с нашей стороны,

в то время как противник прекрасно понимает, что для него единственный путь победить – маневренные действия, дающие радикально иное соотношение потерь.

И противник настойчиво стремится заполучить в свои руки соответствующие инструменты.

«Штурмы» ЧВК «Вагнер»

Бригады, дивизии, корпуса

ВС РФ начали полномасштабную войну, имея в своих рядах множество “паллиативных включений” вкупе с нездоровой тягой к надуванию общего количества БТГров (вопрос состава некоторых БТГров разбирался Р.А. Марченко подробно здесь , здесь и здесь.

Во-первых, ради высвобождения “кадровых” частей НМ ЛНР и ДНР под наступательные задачи в Республиках была проведена мобилизация, создавшая множество “стрелковых” полков и батальонов из неподготовленных людей, с дефицитом опытного комсостава, без тяжёлого вооружения и техники.

Во-вторых, частям ВС РФ и НМ Республик придали батальоны БАРСов, единственным тяжёлым вооружением которых, как правило, была миномётная батарея случайной боеспособности. Тоже без бронетехники, с таким же случайным качеством комсостава. Где-то – качество было, где-то – увы.

В-третьих, в общевойсковых боях широко задействовали части внутренних войск, Росгвардии, в том числе чеченские батальоны ВВ “Ахмат”, не имеющие ни общевойсковой подготовки, ни опыта подобных боевых действий. Добавим сюда различные ведомственные спецназы, ЧВК и получим очень пёструю “чересполосицу” батальонов и батальонных тактических групп, полноценно и адекватно управлять которой в реальном времени с имеющимся в ВС РФ уровнем культуры ведения боевых действий было невозможно.  

Казалось бы, по итогам первых 7 месяцев СВО, резюмированных Изюмской катастрофой, ВС РФ должны были сделать вполне очевидные выводы – нужно воевать полноценными подготовленными полнокровными устойчиво управляемыми боеготовыми соединениями с артиллерией и тяжёлой техникой, а толпы случайных неподготовленных людей с автоматами в современных условиях боевой ценности особо не представляют.

Но таковых выводов не последовало. Наоборот, все предпринятые официальным руководством шаги ведут в противоположную сторону.

Во-первых, “снарядный голод” не остановил наступательный порыв российских штабов. Лишившись прежней мощи артиллерийских ударов, ВС РФ с удвоенным усердием принялись истреблять донецкую и луганскую пехоту вместе с остатками бронетехники в “штурмах” украинских позиций на фронте от Марьинки до Кременной.

Слово “штурм” вместо тщательной подготовки и организации стало синонимом “индульгенции” на их полное отсутствие. Потери? Ну так у нас же штурм! Не получилось? НО У НАС ЖЕ ШТУРМ! Надо просто ещё раз повторить! В том же месте, тем же путём, с тем же уровнем “подготовки”.

Когда “штурмовая пехота” стала заканчиваться, в эту самую “штурмовую пехоту” начали переводить артиллеристов, а в качестве бронетехники придавать “лысые” танки, без динамической защиты или МТ-ЛБ (легкобронированные артиллерийские тягачи с пулемётом).

Всё это поставило крест на восстановлении боеспособности  наиболее опытных и мотивированных подразделений ВС РФ – 1 и 2 АК НМ Республик Донбасса. На протяжении прошедшего года ни полки, ни бригады НМ не выводились на отдых, пополнение и переобучение, так что качество рядовых “штурмовиков” опустилось местами до полного неумения куда-то попасть из автомата, неумения грамотно пользоваться групповым (АГС, СПГ, ПТУР) и штурмовым (реактивными огнемётами РПО-А “Шмель” и РШГ) оружием.

Во-вторых, полноценный учебный процесс и для мобилизованных россиян тоже не был обеспечен. Первоначально мобилизованные из РФ стали направляться не только и не столько на пополнение потрёпанных регулярных соединений ВС РФ, сколько на формирование “стрелковых полков” со штатами, полностью аналогичными мобилизационным подразделениям НМ Республик, комплектуемых таким же мобилизационным комсоставом.

Реальная околонулевая самостоятельная боевая ценность таких частей в современной войне была продемонстрирована Изюмским наступлением противника, однако это не помешало руководству ВС РФ повторить “мобилизационные мероприятия” в РФ по тому же сценарию, что в Республиках.

Только после нескольких “погромов” учинённых таким частям противником, а также по причине острого дефицита личного состава в реально воюющих частях НМ ЛНР и ДНР “стрелковые полки” мобилизованных наконец-то стали “раздавать” по частям во вливаемые в ВС РФ республиканские полки и бригады, ведущие постоянные “штурмы”.

И оказалось, что “мобики” из РФ в среднем к такой войне тоже нормально не подготовлены — на “штурмы” пошли люди, ни разу не бросившие гранату на полигоне. Да и как можно подготовить людей к “штурмам”, проводимым по описанным выше принципам?

Как бы виртуозно не обращался пехотинец с автоматом и гранатой, он не сможет компенсировать отсутствие нормальной работы тяжёлого группового пехотного вооружения, отсутствие артподдержки, нормальной связи и управления.

Так называемые «Стальные каски» — мобилизованные бойцы 107 полка  ДНР

В-третьих, при уже имеющемся чудовищном кадровом голоде в отношении опытного и боеспособного командного и сержантского состава в ВС РФ, усугублённого формированием моб.частей, было заявлено о формировании большого количества новых крупных регулярных войсковых соединений, которые потребуют адекватного кадрового наполнения (3 мотострелковых дивизии и армейский корпус, 2 десантно-штурмовые дивизии ВДВ, 5 артиллерийских дивизий, не считая формирования арт.бригад большой мощности и переформирования 7 мотострелковых бригад и 5 бригад морской пехоты в дивизии).

Эти же мероприятия ставят вопрос поставок современной военной техники для комплектования новых соединений при том, что современной техники и оборудования не хватает для восполнения потерь.

В-четвёртых, не решены и, видимо, не планируются к решению в обозримое время на системном уровне технические вопросы связи, связанные с отсутствием в основной системе армейской закрытой радиосвязи “Азарт” носимых и базовых возимых станций .

На практике это означает невозможность боевого управления в реальном времени сколько-нибудь крупными маневренными операциями. Кроме того, поступающая в войска в качестве пополнения бронетехника, снимаемая с хранения, имеет “штатные средства связи” в виде радиостанций Р-123 и Р-173, которые, во-первых, не имеют шифрования, во-вторых, работая в диапазоне 30-50 МГц, отличающемся от портативных радиостанций гражданского образца, широко применяемых пехотой и артиллерией, однозначно идентифицируются противником как радиостанции на бронетехнике.

Таким образом, противник получает возможность своевременно перебросить свои резервы противотанковых средств точно на тот участок, где будет применяться наша бронетехника ещё в тот момент, когда “броня” совершает марш к фронту. Итогом такого боевого применения являются постоянные массовые потери в бронетехнике там, где их могло бы не быть.

Особенно печально то, что в попытке “решить проблему связи” руководство ВС РФ благополучно повторило историю с “Азартами”. Министерством Обороны была закуплена большая партия портативных радиостанций Kirisun без запасных аккумуляторных батарей, без базовых станций и без необходимого количества ретрансляторов.

Попытка компенсировать дефицит средств и специалистов радиосвязи насыщением войск комплектами спутниковой связи через Интернет привела к тому, что спутниковые каналы оказались перегружены.

Имеющуюся полосу канала пришлось “нарезать” поровну между огромным количеством абонентов, и в результате система не может поддерживать даже нормальную работу IP-телефонии, ради обеспечения работы которой это оборудование и завозилось.

То есть попытки выстроить какие-то системы управления, способные обеспечить управление в реальном времени крупными маневрирующими войсковыми группировками, если и были предприняты, то потерпели неудачу.

Все эти четыре фактора суммарно дадут, как минимум на весну и лето 2023 года, вполне предсказуемый эффект – российская армия продолжит воевать частично укомплектованными войсками, имеющими большие проблемы как с однородностью качества командного состава, так и хотя бы с минимальным уровнем обучения рядовых и сержантов.

Управление этими боевыми группами будет затруднено как по причинам чисто техническим, связанным с мат.частью связи, так и по причине случайной боевой ценности этих групп, зачастую трудно предсказуемой до их вступления в бой в конкретном месте и конкретных условиях.

Противник, в свою очередь, наоборот любой ценой старается создать как можно более крупные и хорошо управляемые мобильные группировки войск с современным тяжёлым вооружением.

Пока мы свои резервы, плохо подготовленные и управляемые, расходовали в «штурмах» на фронте от Угледара до Кременной, противник, подставляя под удар в Артёмовске мобилизованных и тероборону, выводит из потенциального котла свои боеспособные силы, в тылу доукомплектовывает и переобучает целые бригады на новые стандарты ведения боевых действий.

Всё то время, пока ВС РФ воевали прошедшим летом, осенью и зимой чересполосицей ВС РФ, «барсов», «ахматов» и различных ЧВКашников (и, увы, продолжат это делать), ВСУ учились полноценно воевать «большими батальонами», бригадами, а потом и корпусами, которые они сейчас создают в тылу и обкатывают за то время, которое им купила оборона Артёмовска.

ВС РФ свои самые острые «танковые клинья» обломали в самом начале войны и в ходе «деэскалации», потом старательно добивали их в менее масштабных, но таких же неадекватных “массовых мероприятиях”.

Уже летом на фронт массово потянулись с хранения старые Т-72, началась расконсервация антикварных Т-62, «лысые» ранние Т-72 и Т-80, приходящие в качестве пополнения в танковые части Республик стали обычным делом. Разумеется, боевые потери соответствовали уровню защищённости  машин…

Впрочем, не в одних танках дело и не в них в первую очередь, не в железе. Терялся, “стачивался” тот личный состав с нашей стороны, который ещё мог стать мотострелковым «плечом» этих «танковых клиньев». Терялись на «штурмах» опытные разведчики, сапёры. Продолжение «мясных штурмов» позиций противника на огромном фронте плохо обученными войсками в ситуации острого дефицита артиллерийского БК ради взятия Артёмовска — это преступление, с последствиями которого мы скоро обязательно столкнёмся.

Столкнёмся, когда ВСУ введут в бой свои подготовленные части, способные работать на совершенно ином уровне скорости и качества принимаемых решений, нежели наши. Свежие резервы, способные быстро прорывать оборону и дальше двигаться в прорыв, обходя и охватывая наши части. Делая это быстро, поддерживая надёжную закрытую радиосвязь и адекватное управление в реальном времени, в том числе и с использованием спутниковой связи.

Противник, как уже было сказано, свои накапливаемые резервы не просто «пересаживает на новую западную технику», это как раз вторая проблема.

Первая проблема, главная, действительно плохие новости для нас, это то, что наиболее продвинутые и умелые командиры противника учатся работать в совсем другом темпе операций, принимать быстрые и правильные решения, имея постоянную устойчивую связь и постоянный поток данных о ситуации вокруг. 

Наличие у противника такой структуры управления куда опаснее для нас любых «Абрамсов» и «Леопардов» самих по себе, потому что такая структура будет всё время поворачивать их к нам лбом и не давать отстать от них пехотному сопровождению с БПЛА.

Так что влажные мечты о массовом уничтожении нашей пехотой «Абрамсов» из РПГ-7 «в узявимые места» останутся влажными мечтами.

Противник прекрасно понимает, что сила его, преимущество над нами, будет обеспечено не только и не столько какой-то особой защищённостью новых танков или меткостью и дальнобойностью их орудий, сколько скоростью и качеством управления полноценными полнокровными механизирован. соединениями.

Соединениями, способными, войдя в прорыв, проводить стремительные обходы и охваты наших сил, вынуждая их выбирать между боями в окружении и отступлением, так, как это было под Изюмом.

Вопрос не в том, заедет ли “Абрамс” на крутую ледяную горку (Т-72, кстати, тоже не заедет, максимальный преодолеваемый подъём у машин примерно одинаковый – 30 градусов), и не в том, что произойдёт с пивной кружкой из не менее знаменитого ролика с “Леопардом” , когда танк начнёт тормозить.

Вопрос в том, что, благодаря передовым системам управления и связи, во всех случаях встречи на поле боя противник будет оказываться в более выгодном положении, чем наши силы. Противника будет больше в данной конкретной важной критической точке, и он будет занимать лучшие позиции. И именно это будет куда сильнее влиять на результаты боёв, чем какая-нибудь сравнительная кучность танковых пушек, которая, к слову, тоже будет не в пользу наших.

Уничтоженная техника ВС РФ  на переправе в Белогоровке

Вместо авиации

Часто при анализе наступательного потенциала ВСУ упоминается отсутствие у противника возможности массированно использовать авиацию для ударов по скоплениям наших сил, прокладывающих дорогу танкам и мотопехоте.

Если в случае с ВС РФ такого рода “отсутствие возможности” есть следствие наличия у противника неподавленных систем ПВО помимо пехотных ПЗРК, то в случае с ВСУ это следствие ещё и малой численности боеспособных ВВС.

А какой “блицкриг” без парализующих ударов авиации по “узким местам” транспортной системы, по тылам и штабам? Но, пока над ним потешались, склоняя на все лады “Призрака Киева”, противник заполучил-таки инструмент, способный заменить собой авиацию. Инструмент дешёвый и достаточно эффективный — GLSDB .

Это — авиационная планирующая «бомба малого диаметра» с раскладным крылом, поставленная на двигатель от запланированных к утилизации старых ракет с кассетной БЧ для РСЗО семейства HIMARS/MLRS

Ракетный двигатель забрасывает бомбу на ту высоту и примерно ту скорость, с которой её мог сбросить самолёт, далее —  по изначальному плану. Бомба раскрывает сложенное крыло и начинает планировать к указанной ей цели. Итог — очень дешёвая в сравнении с “одноклассниками” (а это важно при массовом использовании) система с дальностью в 150 км, включая возможность ударов по морским целям. Задача “занести” управляемую авиабомбу в зону вражеского ПВО без использования большого пилотируемого самолёта решена.

В сочетании с возможностями противника по наблюдению за нашими тылами как с использованием агентурной, так и с применением спутниковой разведки, это оружие позволит нарушать работу ближнего тыла войск, поражать выявленные штабы, склады, ремонтные базы, железнодорожные станции со сконцентрированными на них военными грузами и станет, в силу своих возможностей и дешевизны, ещё одним вызовом для наших частей ПВО.

Опять же, как и в случае с иностранными танками, проблема с GLSDB или с JDAM-ами, которыми их поставки, возможно, дополнят, не в том, что они сами по себе являют собой какое-то “чудо-оружие”, а в том, что противник прекрасно понимает, зачем ему нужно это оружие, как и когда его применять. И это дешёвое оружие, перехватывать которое дорогостоящими комплексами ПВО будет очень накладно, а менее универсальными системами, возможно, станет проблематично.

Ещё одним фактором, способным дополнительно сдвинуть баланс сил в полосе наступления в пользу противника, является начатая им реализация инициативы, сданной ему при “деэскалации” год назад на госгранице в Брянской, Курской и Белгородской областях.

Диверсионно-террористическим рейдом в Брянской области в начале марта противник показал, что в отсутствие крупных сил на прикрытии границы он может проводить здесь такого рода рейдовые операции когда захочет и без потерь. В результате военно-политическое руководство оказалось перед выбором — снимать с фронта или, что вероятнее, из второго эшелона, в зоне СВО войска на охрану границы, или терпеть такого рода рейды в качестве регулярного явления, демонстрирующего населению “беспомощность властей”.  

Украинская ДРГ в приграничной деревне Брянской области

Линии “Фаберже”

Оборонительные приготовления с нашей стороны не могут не вызвать недоумения. Как уже было сказано выше о построении обороны, начинать её следует с достаточно плотного заполнения фронта войсками и создания резервов, с организацией у обороняющихся связи и управления, снабжения артиллерии необходимым количеством боеприпасов.

В противном случае, сколько бы ни было накопано окопов и выставлено перед ними бетонных “противотанковых” заграждений, они все будут пустой тратой ресурсов и окажутся неспособны задержать противника на значимое время.

Российское военное руководство вместо серьёзной подготовки к обороне всю зиму, несмотря на снарядный голод, продолжало упрямо сжигать остатки людских ресурсов и техники в топках очередных “мясных штурмов”.

Потуги загнать на “штурмы” мобилизованных, неподготовленных, не уверенных в себе людей, действующих в условиях, когда выполнение задач для них максимально затруднено, закономерно заканчиваются отказом людей идти вперёд, угрозами расстрелов и массовыми «СОЧами», самовольными оставлениями части, дезертирством.

Люди даже не жить хотят, они хотят хоть какой-то шанс выжить. Тенденция предсказуемая, пока не очень распространённая, но уже оформившаяся и находящаяся «на пороге выхода в тираж”, сулящая войскам большие дополнительные потери “пятисотыми”. 

ВС РФ, продолжая с напряжением последних сил наступать на окраинах Донецка, под Артёмовском и в других районах, привязали себя к этим ключевым точкам, оголив остальные участки.

Противник может нанести удар на огромном «Запорожском фронте» от Угледара до Васильевки, весьма жидко прикрытом войсками в первой линии, найти “окна” на «Сватовском фронте».

Наконец, могут ударить и по флангам того выступа, который образуется при захвате Артёмовска, хотя для этого понадобится активное использование грунтовых дорог, но и приз в этом случае хорош — или «Вагнерам» придётся обороняться в котле, или придётся оставить с таким трудом и сам взятый город, и все соседние позиции.

Решать судьбу потенциальных вклинений ВСУ в оборону ВС РФ – перерастут они в “котлы” и/или быстрые отступления-“перегруппировки” наших сил или не перерастут – “по науке” должны два фактора.

Первый – степень эффективности организованного сопротивления наших сил на участках прорыва, второй – наличие поблизости от участков прорыва маневренных резервов, способных нанести удар во фланг вражеским “клиньям”.

Такие обученные моторизованные резервы, как уже было сказано, ВС РФ предпочли не формировать, не просто сжигая весь доступный человеческий ресурс в топках “штурмов” на уже привычных направлениях, но и “привязывая” таким образом штурмующие части к занятым большой кровью скромным достижениям. Оставить занятое – окончательно обессмыслить понесённые потери.

У нас мало войск, они  измотаны, связаны боями, мы не можем вывести части в тыл целиком, на обучение, пополнение и переоснащение, да и переоснастить их уже особо нечем — танки, поступающие на пополнение с хранения, старые и часто неисправные, впереди — массовое применение вообще антикварных Т-62.

БМП заканчиваются и всё чаще в их роли малоуспешно применяются МТЛБ, в том числе с самодельными установками на них зениток ЗУ-23-2, а также корабельных спаренных 25-мм автоматических пушек или 14,5-мм пулемётов.

Артиллерия, помимо собственно снарядного голода, испытывает такой же масштабный голод “свежих” стволов — орудия уже изношены, нарезы «слизаны»  большим настрелом.

Наши БПЛА, как и ранее, в доступном для фронтовых командиров сегменте представлены, в основном, китайскими коммерческими коптерами, средствами «тушить» которые противник постарается свои наступающие части в большом количестве оснастить.

Наши же собственные средства РЭБ, выполненные в формате массивных КУНГов на базе грузовых автомобилей, в массе своей оттянуты в тыл и никак не могут помешать работе вражеских арткорректировщиков по нашей передовой.

Кустарные же фронтовые средства “антидроновой” ПВО в виде ружей-дронобоек и других генераторов помех не эффективны против специализированных военных БПЛА самолётного типа, которыми достаточно массово располагает противник. 

Итог неутешителен

Условия для вражеского наступления созданы практически идеальные, причём значимой частью — нашим собственным командованием, которое не извлекло никаких уроков из прошедшего года войны и не собирается их извлекать.

Противник знает, чего он хочет и как он этого добьётся. Действия же ВС РФ с момента провала первоначального плана сводятся к идее “давайте что-нибудь делать”. И время, когда остатки сил, накопленных к 24 февраля 2022 года позволяли в такой парадигме добиваться каких-то результатов, прошло.

Сейчас, к началу весны 2023 года, ВС РФ вынуждены ожидать удара противника, будучи максимально скованы и лишены ресурсов для его отражения.

Разведывательный комплекс  PD-1 на автомобиле HMMWV на параде в Киеве 2018й год

«Что делать?»

Начать подготовку к решающему сражению этой войны (скорее всего – одному из решающих) следует с самого простого, но и, одновременно, самого сложного.

Надо понять, что перед нами. Честно себе самим об этом сказать.

Перед нами, этой весной и летом, будет испытание, из которого страна или, “пройдя по лезвию”, выйдет другой страной, а потом и другим, куда более могучим и более разумно устроенным, государством, или не выйдет, канет в бездну нового «февраля 1917-го».

Или, после этого кризиса, страна полностью встанет на военные рельсы с императивом «По чётным векам — Берлин, по нечётным — Париж», или после этого кризиса страны и государства у нас не будет.

Если ожидаемое украинское весеннее наступление, с применением как свежих резервов, так и новых видов вооружения с новыми возможностями, закончится только нашими отступлениями и невнятным бормотанием о «перегруппировках», то «Февраль-17» с последующим крушением государства станет неизбежен. 

И, даже если после “февраля” откуда-то появятся “новые большевики” с “новым Октябрём”, итоги «смуты», которые будут подведены спустя несколько лет, даже в самом оптимистичном исходе не сулят ничего хорошего.

Первое, что может помочь в преодолении грядущих проблем – это понимание всей серьёзности и сложности ситуации, которое многие почему-то, слушая тех, кто эти проблемы видит каждый день своими глазами, принимают за паникёрство.

Ситуация будет ОЧЕНЬ СЛОЖНАЯ, КРИТИЧЕСКАЯ. Вернее, она уже сейчас сложная и критическая, просто это пока не очевидно большинству.

Поскольку высшее военное руководство сделало всё возможное для того, чтобы загнать себя в тупик и лишить себя “наверху” всяких возможностей и ресурсов для подготовки к отражению вражеского наступления, готовиться к нему максимально тщательно придётся на среднем и низовом уровне. Там, где проигрыш и поражение для людей будет означать смерть или плен. Это стимулирует.

Надо не заламывать руки в тот момент, когда кризис приобретёт свою законченную форму – котлов  или “перегруппировок” наших войск, а уже сейчас понимать, что и как можно сделать.

В целом атмосфера будущих событий очень точно передана в книге и в фильме «Они сражались за Родину», посвящённом летнему отступлению и оборонительным боям РККА на южном фланге в 1942-м году. Ещё одним литературным произведением из прошлого, отражающим реалии нашего ближайшего будущего, не в деталях тактики, но в эмоциях участников и общем фоне, является повесть “Волоколамское шоссе” Бека. Что же касается сугубо военно-практических аспектов, то из недавних военно-исторических работ ближе всего к теме предстоящей кровавой “контрольной работы” оказывается “Чудо под Москвой” А.В. Исаева.

В этой работе описывается, как, после катастрофы Вяземского котла, РККА вела оборонительное сражение на подступах к Москве осенью 1941 года, собирая то тут то там оборону “из подручных материалов”. Разумеется, 1941-й и 2023-й год разделяют восемьдесят лет технического прогресса в области технологий и вооружений, но понять фундаментальные принципы принятия уместных решений это читателю не помешает.  

Возможности для всей армии перегруппироваться (без кавычек) и сколько-нибудь эффективно нанести противнику контрудары, остановить его, возможность успеть провести ещё одну волну мобилизации до того, как она станет бесполезной, будут покупаться жестокими арьергардными боями. 

Направления, работа по которым может повысить наши шансы на успех, уже достаточно чётко обозначены волонтёрским движение.

Обучение личного состава

При любой возможности, в любых урывках времени, как только получается. Учить в первую очередь основам тактической медицины, во вторую — современному бою в роли пехотинца, простейшим вещам, хотя бы просто правильной работе с АК, ПК, РПГ в рамках НСД по этим видам оружия. Дальше — по специальности.

Отдельное  внимание следует уделить обучению пехоты ценить своё тяжёлое групповое вооружение и умело пользоваться им — АГСами, СПГ, «Утёсами» (ПТУРы будут в дефиците). Следует всемерно поощрять желание людей учиться всему этому самостоятельно, в любое свободное время.

Ещё одна важная вещь, которой следует людей учить — ориентирование на местности и ориентирование в боевых порядках войск, применённых к местности. Во избежание ситуаций «выходили из окружения и заблудились».

Связь и управление

Первостепенное внимание в работе волонтёрских организаций следует уделить (во многих – уже уделяется) работе по созданию радиосетей и систем связи, устойчивых к динамичному изменению обстановки, с запасом мат.части  в виде собственно станций и антенного хозяйства, а также, в первую очередь – надёжных систем долговременного автономного энергопитания средств связи, каналообразующего оборудования радиосетей и других средств связи.

Задача — сделать управление, как по радиосвязи, так и по другим каналам, максимально стойким к кризисным ситуациям. Среди прочего, очевидно назрело создание узкоспециализированного волонтёрского сообщества по этой теме — оптимизации обеспечения энергопитания «в полях» для войск внештатными средствами и поставки в войска стандартизированных комплектов энергопитания с ЗИПом и инструкциями (обучением пользователей).

Продолжение цифровизации связи (систематически, с опорой на ретрансляционную сеть и базовые станции проводимое, почему-то, именно волонтёрами, а не соответствующими органами ВС РФ) очевидным образом “упирается” уже в большей степени не в нехватку оборудования или средств для его покупки, а в нехватку квалифицированных кадров будущих эксплуатантов, соответственно, ведётся и обучение людей.

При имеющемся дефиците бронетехники (а он сохранится ещё долго) устойчивость наших войск в обороне придётся в большей степени обеспечивать артиллерии, РСЗО и миномётам с дефицитом БК и обученных людей, плюс уже имеющаяся необходимость контрбатарейной борьбы с артиллерией противника, требуют проводить цифровую радиофикацию крупных военных «организмов» «от артиллерии и управления» вниз и в сторону пехоты.

Ещё одной важнейшей сферой приложения усилий в области связи и управления является внедрение интеграционных решений, позволяющих соединять в единые радиосети комплексы с разным шифрованием, сопоставимым по степени криптостойкости — на более-менее постоянной основе, и с не сопоставимым — на кратковременной основе, под конкретные боевые задачи.

Цифровые рации из очередной поставки КЦПН на фронт. Сентябрь 2022г.

БПЛА

Несмотря на обозначившееся уже достаточно массово применение FPV-коптеров в качестве разведчиков и ударных дронов-камикадзе, по-прежнему наиболее востребованными в войсках остаются коптеры под классические задачи разведки и корректировки огня артиллерии.

Поскольку крупных поставок в войска изделий отечественной промышленности с сопоставимыми возможностями оптики ожидать не приходится, необходимо максимально системно и широко подойти к модернизации поступающих в войска от волонтёров комплектов коптеров DJI Mavic 3 с обычной и тепловизионной оптикой.

Необходимо выработать и стандартизировать комплект из изменений в ПО аппаратов и аппаратных доработок, позволяющий свести к минимуму эффект от глушилок сигнала управления/видео и глушилок/спуферов GPS. Такие решения есть, они закупаются, завозятся, применяются, вопрос в их систематизации и массовости внедрения.

Второй фронт работ — аппараты другого класса, самолётного типа, возможно VTOLы. Аппараты с возможностями фото- и видеосъёмки, работающие на высотах около 1000 метров и обеспечивающие радикально более высокую, по сравнению с коптерами, досягаемость для разведки и корректировки артиллерийского огня в глубину позиций противника. Здесь внедрение техники тоже в первую очередь “упрётся” в кадровый вопрос, так как эксплуатация данного вида техники потребует более продвинутой подготовки, нежели эксплуатация коммерческих коптеров.

Тяжелые беспилотники VTOL на слете «Дронница» в Великом Новгороде. Сентябрь 2022.

Инструктора КЦПН обучают бойцов разведки. ЛНР, Лисичанск, февраль 2023

Маскировка, рассредоточение, маневр

Учитывая то, насколько большим и, временами, даже подавляющим будет во время наступления преимущество противника в огневой мощи и, в особенности, в средствах быстрого, оперативного воздействия на вторые и третьи эшелоны наших войск, будут крайне важны средства маскировки, а также умение рассредотачиваться, но при этом управляемо маневрировать в условиях плотного наблюдения со стороны противника.

В этом вопросе кадрово-организационный вопрос также становится все более и более важным. Так, например волонтёрский проект “Народная сеть” может обеспечить и уже обеспечивает войска значимыми количествами маскировочных сетей, но вопросы их боевого применения а также вопросы организации передвижения войск рассредоточенными походными порядками – это вопросы кадровые и кадрово-организационные, часто “упирающиеся” ещё и в отсутствие у войск систем связи, позволяющих поддерживать рассредоточенные боевые и походные порядки.

Занятие по плетению маскировочных  сетей  в Севастополе, осень 2022

Тактика

Очень важно своевременно дать людям понимание того, что им нужно делать, чтобы противник как можно больше «вложил» в свой «наступ» и как можно меньше получил в «доходной» части мероприятия.

Наступающие силы противника следует принуждать как можно более распылять своё время и силы в обходах позиций, занятых в ключевых логистических точках, которые позиции будут оставляться до того, как их гарнизоны будут полностью окружены.

Ещё одним средством для распыления противником сил должны стать контрудары во фланги наступающих группировок, требующие оттягивать силы с главного направления. Сформулировать, а уж тем более – подготовить к успешной реализации, какие-то радикально другие схемы действий просто уже нет возможности.

Главное – сбивать темп продвижения противника засадами и арьергардными боями, угрожать флангам, побольше и почаще стаскивать его силы с крупных дорог “в поля” ради обхода обороняющихся с фланга или для прикрытия собственных флангов, своевременно собирать необходимые силы для обороны выгодных ключевых позиций, опирающихся на рельеф местности и естественные преграды.

Новая волна мобилизации

Как уже было сказано, большой удачей будет проведение очередной волны мобилизации до того, как ход боевых действий и общественная реакция на него обессмыслят это мероприятие.

Для всех тех мужчин призывного возраста, которые пока ещё не попали под мобилизацию, уже сейчас актуальными становятся вопросы подготовки к ней – вопросы проверки состояния здоровья, подготовки необходимого снаряжения, обучения самым необходимым на поле боя простейшим навыкам, изучения мат.части пехотного вооружения, тактики.

Повторю ещё раз главные “плохие новости” текущего момента, определяющие ближайшее будущее:

Российское руководство стремится сделать войну максимально незаметной для обывателя в материальном плане, не мобилизовывать страну и промышленность полностью, не “переводить страну на военные рельсы”.

Противник же изначально, с 2014-го года, проповедует доктрину максимального вовлечения населения в войну, “превращения страны в военный лагерь”.

С момента провала планов “быстрой победы” в феврале-марте 2022 года военно-политическое руководство страны не выработало никаких серьёзных “планов военных действий”, считая, что можно “дожать” противника “штурмами” его укреплённых позиций в ходе затяжной позиционной войны. Не занимаясь восстановлением полноценного боевого потенциала крупных механизированных соединений просто “разменивать пехоту”, пока она не кончится у противника.

Противник же, в свою очередь, прекрасно понимает, что для него единственный выход – активные маневренные действия и старается с помощью своих “западных партнёров” заполучить инструменты, необходимые для дальнейшей реализации этой идеи, уже один раз успешно опробованной в сентябре 2022-го под Изюмом.

Обобщая – противник знает, чего он хочет и как это сделать. Наше руководство – очевидно не знает. В этой ситуации неравенство ресурсов (которое противник уже постарался не без успеха нивелировать) в нашу пользу не позволяет уверенно смотреть в будущее.

Сегодня  уже всем ясно , что легкой победы над врагом  ждать не приходится. И понятно, что позиция «начальству виднее, оно разберется» — проигрышная.

Победить можно лишь совокупным напряжением сил государства и гражданского общества. Причем именно нам, как его представителям приходится закрывать многие бреши, оставленные неповоротливой и труднообучаемой государственной военной машиной.

Но мы делали, делаем и будем продолжать делать.

Вы можете помочь нашей Армии через нас. Наши реквизиты находятся здесь 

Наше дело правое, мы победим, враг будет разбит!

https://kcpn.info/articles/действительно-плохие-новости/ — link

Когда ожидается украинское наступление

Солдат ВСУ массово отправляют в отпуска и увольнительные. На сегодняшний день нам известно про рекордное количество увольнительных и отпусков для всушников. Заметно это и в тылу.

Дело в том, что похожая ситуация наблюдалась осенью прошлого года. После массовых отпусков началось контрнаступление на Херсонском направлении.

Учитывая среднюю длину отпуска в неделю, нетрудно догадаться, когда ожидается украинское наступление в этот раз. В первых числах апреля.

Наиболее вероятными направлениями наступления ВСУ являются Запорожское и Купянское.

Штатный состав частей и соединений сухопутных группировок ВС РФ и ВСУ на Украине

Карты украины:

Карта украины

Интерактивная карта Института изучения войны (США). The Institute for the Study of War (ISW)
 

 

Основные итоги СВО на украине:

ВСУ попытались атаковать Брянскую область на двух гражданских легкомоторных самолётах — целились на вышку сотовой связи. На сверхмалой высоте атаковать летели украинские «Аэропракт А-36 Вулкан» — сбросили бомбы, развернулись и улетели обратно на территорию украины. Жертв и разрушений нет. Ранее бомбами была атакована вышка сотовой связи в районе села Гуево Курской области. Их также принесли беспилотники.

Один человек получил травмы при обстреле ВСУ поселка Белая Березка в Брянской области . Снаряд упал недалеко от административного здания. На месте работают оперативные службы.

Сегодня под обстрел попало село Тишанка Волоконовского района Белгородской области. Пострадавших нет. Снарядом повреждено одно частное домовладение: выбиты окна, посечены фасад и забор. В селе нарушено газоснабжение. Оперативные и аварийные службы находятся на месте и устраняют последствия.

На протяжении всего дня противник ведет обстрел приграничных территорий Курской области. Под удар попали села Плехово Суджанского района и Гордеевка Кореневского района: мирные жители не пострадали, разрушений нет. В Гордеевке перебит электрокабель — аварийные бригады приступили к устранению повреждения.

В Мелитополе на улице Крупской сработало самодельное взрывное устройство. Пострадавших и разрушений нет.

Старобельское направление:

На Сватовском направлении начались бои за Макеевку. В предшествующие недели наши войска взламывали оборону противника к востоку и северо-востоку от поселка. Теперь же начались бои за сам населенный пункт. Макеевка была оставлена нашими войсками прошлой осенью после отступления из Изюма и наступления ВСУ на восточном берегу реки Оскол. Взятие Макеевки позволит активизировать давление на противника к северо-востоку от Красного Лимана.

С начала марта на участке Сватово — Кременная на севере Луганской области идут ожесточенные бои, что, вероятно, связано с попытками россиян отбить Купянск, являющийся логистическим узлом.

РФ частично восстановила контроль над ближайшими подступами к Кременной, которая ранее в этом году находилась под непосредственной украинской угрозой.

Местами ВС РФ добились выигрыша до нескольких километров. Российское командование, вероятно, пытается расширить зону безопасности к западу от подготовленных ими оборонительных рубежей вдоль возвышенностей и интегрировать естественное препятствие в виде реки Оскол.

В оперативном плане намерения ВС на северо-востоке, вероятно, остаются оборонительными, а российские командиры, вероятно, опасаются, что это один из секторов, где украина может предпринять крупные наступательные операции.

Соледарское направление:

«Оркестранты» продвигаются в направлении Орехово-Васильевки, Богдановки и Григоровки.

В центре Артемовска продолжаются ожесточенные бои, территория промзоны полностью зачищена от боевиков. Идут тяжелые бои на улице Корсунского и возле пересечения улиц Мариупольской и Садовой.

К югу от города продолжаются бои у Красного.

Донецкое направление:

ВС РФ продолжают охват Авдеевки, как с севера, так и с юга.

Никакого оперативного окружения и тем более котла, там сейчас нет. Дороги через Орловку продолжают активно использоваться противником.

Организовать серьезный нажим на Тоненькое со стороны Первомайского и Водяного на текущий момент не получается.

Продвижение у Красногоровки создает угрозу выхода к Орловке с северо-востока, поэтому противник сейчас укрепляет оборону к западу от Красногоровки.

В целом, на текущий момент можно констатировать, что наши войска достигли здесь тактических успехов, но о каких-то оперативных достижениях говорить пока рано. Бежать впереди паровоза не надо.

С юга наши наступают на Первомайское со стороны Песок и на Северное из Водяного.

Наши войска продолжили успешное наступление на Ласточкино и Бердычи.

Наши бойцы существенно продвинулись на севере Авдеевки. Местами до километра.

На юге продолжается штурм Северного, Тоненького и юго-западных окраин, собственно, Авдееки.

К северу от Авдеевки есть многострадальная Новобахмутовка (севернее Новосёловки Второй). Бились за неё еще с весны, и кусочек оставался за противником, не смотря на доклады наверх (страсть к рапортам!) об «освобождении». «Путали» освобождение Новобахмутовки и ж/д станции Новобахмутовка, выдавая желаемое за действительное. На деле же от села ¾ было за нами, а кусочек — у ВСУ.

Бои за Новобахмутовку носили ожесточенный характер и сопровождались большими потерями и в 1 гвардейской Славянской омсбр, и в других частях и соединениях.  Теперь ее наконец-то взяли, зачистив от противника этот аппендикс и пройдя еще чуть дальше.

Южно-Донецкое и Запорожское направление:

Штурм Угледара. Застроенный высотными зданиями город находится на возвышенности практически в чистом поле. Поэтому с верхних этажей зданий окрестности видны, как на ладони.

Проблема особенно актуальна в зимний период, когда посадки стоят без листвы. Из-за этого в тепловизор еще сильнее видны все контрастные с окружающей средой объекты.

▪️ Оборудованные в центре города укрытия прикрывают соседние высотные строения, поэтому поразить их крайне сложно. В кадре есть наглядный пример с парой БМП-2: они стоят за зданием с северной стороны от фронта и защищены от огня ВС РФ.

▪️ Фактически любое окно легко становится огневой точкой, где противник может разместить пулеметчика, снайперскую пару или оператора ПТРК.

В этих условиях штурм Угледара — довольно сложная задача. Лобовая атака чревата огромными потерями даже при уничтожении всех городских высоток.

Единственным вариантом так и остается охват города и перерезание всех линий снабжения с последующим одновременным ударом с нескольких сторон.

Запорожское направление.

Украинские формирования в ходе атаки на российские позиции смогли частично закрепиться в селе Новоданиловка южнее Орехова, взяв под свой контроль половину населенного пункта. После перегруппировки ожидается дальнейшее наступление вглубь российской обороны.

В район Орехова противник перебрасывает подразделения операторов БЛА и тяжелую западную бронетехнику, накапливая ударный кулак на данном направлении.

Херсонское направление:

О подготовке к десантированию на левом берегу Днепра

Несколько дней назад в Белом доме объявили о предоставлении нового пакета военной помощи Украине, в который вошли неназванное количество боеприпасов различных калибров, высокоточных ракет и обмундирования, а также речных катеров.

Почему не указано конкретное количество переданного вооружения?

Если ранее американцы указывали точное число снарядов и выстрелов на нужды ВСУ, то сейчас ситуация иная. В пресс-релизах Белого дома и Пентагона присутствует лишь тип и наименование. В какой-то степени это может связано с наличием проблем в производстве боеприпасов — на Западе интенсифицировали военно-промышленные мощности для восполнения запасов. А отсутствие конкретных данных призвано скрыть существующую нехватку.

При этом не исключено, что в США просто соблюдают требования секретности, говоря лишь о том, что нужно знать общественности. Каждое официальное объявление о новом пакете осуществляется спустя несколько недель (иногда месяцев) после фактической передачи. Однако благодаря таким пресс-релизам можно понять ближайшие планы украинских властей, и появление в списке катеров неслучайно.

Зачем передали катера?

Катера активно используются украинскими формированиями для форсирования рек и водных преград. Они маневренны, быстроходны и обладают большим радиусом действия. В зависимости от типа лодки варьируется и скорость, и количество перевозимого личного состава.

В последнем пакете военной помощи не указан ни тип, ни количество, так что теоретически это может быть совершенно любая лодка типа riverine boat и в довольно большом количестве.

Как их будут использовать?

Ранее мы писали, что ВСУ перед подготовкой к основному наступлению рассматривают сценарий проведения нескольких ложных атак на левом берегу Днепра для отвлечения российских войск и сковывания их возможностей по маневрированию и переброске на другие участки.

И ситуация с тех пор практически не изменилась. Последние несколько месяцев украинские формирования беспрерывно ведут аэроразведку от Кинбурнской косы до Энергодара. На различных участках левобережья Днепра проводят вылазки ДРГ ВСУ, как раз-таки используя малоразмерные катера.

Новая партия в неустановленном количестве, вероятнее всего, будет распределена по подразделениям у Днепра и побережья Каховского водохранилища. Чуть более месяца назад в Херсонский порт уже были поставлены несколько катеров.

То есть ВСУ готовятся к операции на левом берегу?

По характерным признакам, все выглядит именно так. На правом берегу от Очакова до Никополя действует до 15 тысяч человек из различных соединений штатной армии и теробороны ВСУ. В Березнеговатом на доукомлектовании находится 63 омбр, а в Михайловке северо-западнее Николаева формируется 22 механизированная бригада ВСУ.

Вдоль Днепра повысилась активность разведывательных беспилотников. Из Очакова на постоянной основе действуют, как минимум, два БЛА Scan Eagle. С аэродромов Кульбакино и Канатово на патрулировании находятся турецкие БЛА «Байрактар».

Также из окрестностей Кривого Рога и Вознесенска вдоль Днепра ежедневно летают самолёты тактической и вертолеты армейской авиации ВСУ, а также оборудованы огневые позиции РСЗО. Они ведут комбинированный обстрел позиций ВС РФ неуправляемыми ракетами и реактивными снарядами.

Когда будет атака?

Западные кураторы гонят руководство украины в наступление. Лидерам стран НАТО необходимо продемонстрировать успехи ВСУ и своего вооружения на фронте. Наступление, вероятнее всего, начнется после того, как затвердеет почва и бронетехника сможет спокойно передвигаться.

В преддверии штурма активизируются вылазки ДРГ на различных участках, в том числе в Херсонской области, для введения в заблуждение и отвлечения внимания от основного направления.

Возобновятся удары по тыловым объектам высокоточным оружием, а инженерные подразделения начнут готовить местность к продвижению войск и техники. К тому же мостоукладчики для этих целей уже поставлены.

Сводка МО РФ о ходе проведения СВО:

На Купянском направлении ударами авиации и огнем артиллерии Западной группировки войск поражены подразделения ВСУ в районах населенных пунктов Артемовка Луганской Народной Республики, Двуречная и Берестовое Харьковской области. Потери противника на данном направлении составили до 70 украинских военнослужащих, боевая машина пехоты, два пикапа, боевая машина РСЗО «Град», а также артиллерийская система М777 производства США.

На Красно-Лиманском направлении ударами штурмовой и армейской авиации, огнем артиллерии и активными действиями подразделений группировки войск «Центр» поражена живая сила и техника противника в районах населенных пунктов Червоная Диброва Луганской Народной Республики, Ямполовка и Терны Донецкой Народной Республики. За сутки на данном направлении уничтожено свыше 80 украинских военнослужащих, два бронеавтомобиля, три пикапа, а также гаубица Д-30.

На Донецком направлении в результате активных действий подразделений и огня артиллерии Южной группировки войск за сутки уничтожено более 250 украинских военнослужащих, шесть танков, пять боевых бронированных машин, семь автомобилей и гаубица Д-20. Кроме того, в районе населённого пункта Ласточкино уничтожен склад боеприпасов 53-й механизированной бригады ВСУ.

На Южно-Донецком и Запорожском направлениях ударами авиации и огнем артиллерии группировки войск «Восток» поражены подразделения ВСУ в районах населенных пунктов Угледар и Новомихайловка Донецкой Народной Республики. Общие потери противника на данных направлениях составили до 50 украинских военнослужащих, один пикап, три автомобиля, а также гаубицы Д-20 и Д-30.

На Херсонском направлении в ходе огневого поражения за сутки уничтожено до 15 украинских военнослужащих, пять автомобилей.

Оперативно-тактической и армейской авиацией, ракетными войсками и артиллерией группировок войск (сил) Вооруженных Сил Российской Федерации за сутки нанесено поражение 76 артиллерийским подразделениям ВСУ на огневых позициях, живой силе и технике в 114 районах.

В районе населенного пункта Зализничное Запорожской области уничтожен склад горюче-смазочных материалов 65-й механизированной бригады ВСУ.

Истребительной авиацией ВКС России в районе населенного пункта Богуславка Харьковской области сбит самолет Су-24 воздушных сил украины.

Средствами противовоздушной обороны за сутки перехвачено пять реактивных снарядов системы залпового огня HIMARS.

Кроме того, уничтожено 16 беспилотных летательных аппаратов в районах населенных пунктов Залиман, Кременная Луганской Народной Республики, Владимировка, Василевка, Павловка Донецкой Народной Республики, Берестовое, Лозовая Харьковской области и Алешки Херсонской области.

Всего с начала проведения специальной военной операции уничтожено: 404 самолета, 224 вертолета, 3544 беспилотных летательных аппарата, 414 зенитных ракетных комплексов, 8384 танка и других боевых бронированных машин, 1071 боевая машина реактивных систем залпового огня, 4415 орудий полевой артиллерии и минометов, а также 9073 единицы специальной военной автомобильной техники.

https://mil.ru/ — link

https://t.me/rybar/ — link

https://colonelcassad.livejournal.com/ — link

Коротко о разном:

Медали НАТО и ООН, затрофеенные бойцами ЧВК «Вагнер» в Бахмуте

Медаль НАТО (слева) выдавалась с 1996 по 2002 год за участие в деятельности Североатлантического альянса на территории бывшей Югославии. Она вручалась военнослужащим как стран блока, так и других государств-участников.

Обе награды были найдены у убитых украинских военнослужащих.

Согласно заявлению Медведева, Россия в 2023-м году произведет 1500 танков.

Так сказать закрывается тема с глупыми вопросам «А зачем СССР производил много танков».

С учетом роста объемов производства и массовой расконсервацией старых машин, мы можем наблюдать очевидную картину, когда фронту требуются тысячи танков, что и дает ответ на вопрос, зачем СССР производил тысячи танков и хранил десятки тысяч. Чтобы когда они понадобятся — все это уже было.

И благодаря этому труду наших предков, мы до сих пор пользуемся тем, что они заготовили для нас.

А сколько было истерик отечественных либералов «ко-ко-ко, тупые совки зачем-то производили много танков».

PS. В стране нужен еще как минимум 1 танковый завод и 2-3 завода по производству колесной и гусеничной бронетехники.

Тайвань передал украине

тысячу беспилотников, которые способны взаимодействовать друг с другом в режиме роя.

Появились подробности планов Румынии по возвращению себе территорий, незаконно удерживаемых Украиной.

В сенат Румынии внесен законопроект, про аннексию у Украины территорий, которые принадлежали в свое время Румынскому королевству.

Законопроект должен внести поправки в закон №. 129/1997 о ратификации «Договора о добрососедстве и сотрудничестве между Румынией и Украиной». В проекте два главных пункта.Договор о добрососедстве должен быть денонсирован с 2027 г. Румыния аннексирует территории на Украине, которые ей принадлежали.

«…Мы требуем аннексии исторических территорий Румынии, а именно Северной Буковины, Герцы, Бучагула (Кагул, Болград и Исмаил), исторического Марамуреша и острова Змеиный, румынских территорий, украденных СССР и незаконно принадлежащих украине».

Это требование обосновано «исходя из естественного и законного права на национальное единство». Численность населения, которое проживает на данных территориях, оценивается там в 1 миллион румын, включая смешанные семьи.

По активности НАТО

1. В Финляндии начинается патрулирование воздушного пространства НАТОвскими самолетами. Это безусловно потребует дальнейших работ по усилению северо-западных границ страны.

2. Ремонт немецких 155-мм САУ будет переведен из Прибалтику в Словакию, чтобы сократить логистическое плечо и соответственно, уменьшить время, которое требуется на ремонт поврежденных и сломавшихся гаубиц (до 50% их потерь — небоевые причины).

3. Словакия передала Украине 4 истребителя МиГ-29. Всего планируется передать 11 или 12. Ну и там еще Польша подтянется. Собственно, самолеты поставляли и ранее, просто теперь уже открыто. Можно предположить, что как минимум часть машин будет адаптирована для применения НАТОвских ракет.

4. Также на днях Македония передала Украине 4 штурмовика Су-25 в плохом состоянии, которые когда-то Украина продала Македонии. Украине сойдут даже такие, так как парк собственных штурмовиков близок к исчерпанию, а возможности для каннибализации также сильно уменьшились.

5. Украинские источники сообщают о получении крупной партии беспилотников с Тайваня, в дополнение к другим закупкам. Как уже многие успели осознать, в текущих реалиях фронт пожирает тысячи, а требует десятки тысяч беспилотников.

❗️Российская платина хлынула в Китай.

В зимние месяцы 2023 года Россия увеличила поставки платины в Китай в 279 раз по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, до 1,67 тонн. В денежном выражении экспорт вырос в 265 раз (с $200 тыс. до $53 млн).

По данным китайской таможни, поставки российского палладия в КНР выросли в 8,5 раз, до 2,72 тонн, в денежном выражении — в 5,6 раза (с $27 млн до $152 млн).

Поставки родия, металла платиновой группы, увеличились в семь раз (с 26,2 до 190 кг), в денежном выражении — в шесть раз (с $13 млн до $76 млн).

Львиную долю этого экспорта, если не весь экспорт, обеспечил «Норникель», крупнейший российский производитель металлов платиновой группы. Еще в марте руководство компании говорило о перенаправлении металлов на азиатский рынок. Кажется, вышло убедительно.

В Словакии недалеко от украинской границы откроется Центр ремонта САУ PzH 2000, состоящих на вооружении ВСУ

Раньше ремонт производился в Литве, теперь же весь процесс значительно ускорится.

Таким образом, вопрос уничтожения транспортной инфраструктуры, мостов становится еще более актуальным. Что бы не писали и не говорили, но ВСУ не испытывают недостатка тяжелой техники, артиллерийским систем, боеприпасов, ГСМ и продовольствия.

Пригожин продолжает троллить Блинкена по поводу африканских проектов

 

Для перевода видео с английского в браузере Яндекс наведите курсор на кадр видео и нажмите кнопку «Перевести видео», прибавьте звук.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here