За годы специальной военной операции в Российской Армии сформировались новые подходы к ведению штурмовых действий. Это наиболее сложные по исполнению боевые задачи, требующие как от рядового состава, так и от командования высокой выучки и слаженности.
В научно-методической литературе появились первые открытые публикации по данной тематике, позволяющие обобщить боевой опыт фронтовиков.
Самая сложная задача
Несмотря на то, что современные боевые действия — это преимущественно работа малых ударных групп, обеспечением штурма занимается большое количество военнослужащих. В среднем для поддержки штурмового взвода выделяется две-три гаубичные батареи, 2-3 РСЗО «Град», несколько автоматических гранатометов, минометы, ПТУР, системы РЭБ и множество БПЛА. Последних чем больше, тем лучше. В отдельных случаях поддержку оказывает армейская и фронтовая авиация, подавляющая заранее выявленные огневые точки врага высокоточным оружием. Кадры кинохроники фиксируют множественные попадания КАБов и авиабомб с УМПК — чаще всего сразу за ударами следуют штурмовые действия. Также опционно в работу могут включаться штатные подразделения «дроноводов», дополняющие своей работой артиллерийскую поддержку штурма.
Что представляют собой позиции противника? Окопы на первой линии очень малочисленны – в зоне ответственности роты может быть от 3 до 5 человек. Основные силы располагаются в глубине обороны. На удалении 100-250 метров в окопах размещается боевое охранение численностью до 20-30 человек. Еще дальше – до 400-500 метров – легкая артиллерия, дроноводы, ПТРК, снайперы и пулеметчики. Тяжелая техника по обе стороны фронта в настоящее время применяется либо с закрытых позиций на многокилометровом удалении, либо работает прямой наводкой с тщательно замаскированных позиций при активной поддержке РЭБ.
Отдельно стоит остановиться на тактике противника, которую пафосно наименовали killzone. Идея в том, чтобы вообще убрать с первой линии бойцов ВСУ, заменив круглосуточным дежурством БПЛА и работой ударных дронов. В условиях тотального дефицита личного состава это казалось спасением. Идее скоро исполнится год, но ничего подобного организовать противник не смог. Как бы не восхищались FPV-дронами, без эффективной обороны в окопах обойтись не получается. Поэтому по обе стороны фронта востребованы классические орудия ведения войны – ПТРК, снайперы, пулеметы, АГС, минометы и прочее.
Каждый штурмовой взвод разбивается на три отделения. Первое занято непосредственно штурмом, второе и третье – группы огневой поддержки. В свою очередь, каждое отделение делится на элементарные штурмовые единицы – «двойки» и «тройки». Как уже неоднократно упоминалось на страницах «Военного обозрения», такая логика боевой работы родилась не от хорошей жизни. Современный бой требует рассредоточения и максимальной скрытности. Этого можно добиться только предельной индивидуализацией наступательных действий.
С учетом малой плотности украинской обороны все чаще наблюдается выход на рубеж атаки за позициями обороняющихся. Особенно это характерно для городского боя, когда застройка и подземные коммуникации обеспечивают прикрытие наступающим. Малыми группами по два-три человека бойцы в течение нескольких дней просачиваются (инфильтруются) сквозь рубеж обороны ВСУ, скрытно концентрируются, а затем атакуют там, где не ждали. В частности, подобная тактика применяется Вооруженными Силами России в Покровске.
«Двойки» и «тройки»
Штурмовые действия предваряются часовой артиллерийской подготовкой, которая плавно переходит в огневое сопровождение. Рубеж выхода на атаку – до 400 метров перед позициями ВСУ. «Двойки» и «тройки» должны максимально быстро и рассредоточено преодолеть первые 100-150 метров, обычно для этого используются средства индивидуальной мобильности. Вплоть до электросамокатов. Оставшееся расстояние до окопов противника уже преодолевается перебежками по 6-8 метров и переползанием. На это может отводиться 100-200 метров. По опросам военнослужащих, главным физическим навыком считается умение быстро преодолевать препятствия.
Очень хорошо, если удалось поджечь траву и сухостой в полосе атаки. Это позволяет маскировать штурм, а также нейтрализует часть инженерных мин. При передвижении по местности штурмовики преимущественно держатся краев воронок от снарядов – это снижает шансы на подрыв на мине.
В штурмовых действиях «на пике» крайне важны две вещи. Первая – это мощная работа средств РЭБ. Второе – устойчивая связь командиров каждой «двойки» и «тройки» с командирами отделений и взводов. Здесь же мы подходим еще к одному узкому горлышку – системам автоматизированного управления в звене отделение-взвод-рота. Командиры должны иметь боевые планшеты, на которые в режиме реального времени приходит разведывательная информация и отмечается расположение своих подразделений. У взводного рядом артиллерийский корректировщик и в воздухе пара «Орланов». Это помимо «Мавиков» у каждого командира отделения.
Артиллерия в ходе штурма не только занимается непосредственным подавлением выявленных огневых точек противника, но также блокирует пути подхода резервов. В постоянной боевой готовности должны быть два-три расчета 82-мм минометов. В случае необходимости именно они способны в кратчайшее время открыть беспокоящий огонь по контратакующим подразделениям ВСУ.
Самой опасной частью работы штурмовика является уничтожение противника в окопе. Часто это происходит на кинжальных дистанциях. Перед движением по дну траншеи закидывают гранату с задержкой: чека вынута, рычаг отпущен, задержка — 1 секунда. Первый номер «двойки» движется в окопе вприсядку, автомат перед собой. Во время вынужденной задержки позу «на колено» не принимают, так как с неё тяжелее уйти от гранаты и обстрела, чем с присяду. Второй номер работает слегка пригнувшись в полный рост, автомат также перед собой. Ствол второму номеру задирать нельзя — противник может его увидеть и просто закидать штурмующих гранатами. Голова также всегда должна быть ниже линии окопа. Если штурм ведется «тройками», то третий номер обычно ведет наблюдение либо сменяет бойца на перезарядке.
Кстати, о гранатах, которых должно быть как можно больше. На каждый изгиб траншеи и нору противника приходится минимум по одной гранате. Метанием гранат занимается второй номер, причем делать он это должен одной рукой. Для этого ствол автомата на плечо первого номера, сгибаются усики, чека зацепляется за автомат и выдергивается. «Двойки» и «тройки» отделения огневого прикрытия в это время защищают штурмующих в траншее от вертикального охвата, то есть атаки сверху.
Всё вышеописанное не является догмой. В зависимости от условий, численности и обученности личного состава, уровня огневой поддержки тактика штурма может меняться. Чаще всего не получается соблюсти все требования — на войне всегда чего-то не хватает. Во всех вариантах штурма на первый план выходят индивидуальные качества и умения пехотинца. Как видно из описания, боец в современном бою выполняет функции стрелка, медика, разведчика, связиста и много кого еще. Отсюда особое внимание к тщательности подготовки штурмовых подразделений, которые в последние годы стали настоящей элитой Вооруженных Сил Российской Федерации.
С учетом малой плотности фронта велика вероятность работы штурмовых подразделений в отрыве от основных сил. Бой может пойти не по намеченному плану, и отделения штурмующих могут быть отрезаны от поддержки. А для деблокирующего удара вполне может не хватить сил и средств. Поэтому особенную важность приобретает автономность боевой работы штурмовиков – они должны уметь несколько дней (или даже больше) выживать как в оперативном, так и в полном окружении. Смягчает ситуацию роботизация современного боя. Бойцы после штурмовых действий (либо после атаки противника) и последующего окружения могут получать провиант и боеприпасы по воздуху. Либо по суше самоходными дронами. Это неоднократно подтверждалось на СВО по обе стороны фронта.
Кажущаяся примитивизация наступательных действий с рассредоточенными атаками малыми силами невозможна без слаженной работы всей военной машины в прифронтовой зоне. Вместо танковых клиньев и массированных авианалетов на штурм идут «двойки» и «тройки» высокообученных бойцов, за плечами которых все Вооруженные Силы Российской Федерации.
https://topwar.ru/269614-zavtra-na-shturm-taktika-vooruzhennyh-sil-rossijskoj-federacii.html — link
Тактика наступления
Штурм — это не картинки из фильмов про Рэмбо. Это не мероприятие на час-полтора. Это очень сложное мероприятие. Начиная от стратегии, обеспечения, подготовки личного состава, заканчивая моральным духом наших бойцов.
К серьезным прорывам серьезно готовиться. Сейчас состав многих подразделений смешанный, там и контрактники и добровольцы и мобилизованные. Подготовка у всех разная. Одни с оружием на «ты», другие впервые взяли в руки автомат.
Чтобы быть эффективным на боле боя, нужна тренировка. На полигоне работают по-разному. Стреляют, отрабатывают движения в группах, учатся работать с картами, разбирают, какие есть виды гранат, мин, РПГ, РШГ, стрелкового оружия есть в арсенале, осваивают технику вождения в разных условиях, отрабатывают навыки само- и взаимопомощи. За короткое время усвоить приходится много информации. Чаще всего реальная ситуация штурма не отражает условия тренировок.
Пренебрегать подготовкой — подписать себе смертный приговор. Можно не представлять себе кадры из фильмов, где группа спешивается и идёт по лестному массиву, руками показывает знаки, передвигаются как супер-спешелы и такие: «кия»… И побеждают всех врагов. Каждый квадрат передка просматривается врагом. Наземными или воздушными средствами наблюдения. Днём и ночью. В любую погоду. Наша дерзость, подготовка личного состава, маневренность бронегрупп, поддержка артиллерии, танков и авиации дают нам возможность наступать. И если что-то одно выйдет из строя, то всё пойдет под откос!
Прежде чем наступать, мы будем долго наблюдать. Поймём, какое количество бронированной техники, есть ли танки и ствольная артиллерия, какое количество пехоты, чем вооружены. Когда картина сложится, штурм начинается.
Наше движение зависит от местности. Город — это одна стратегия, лесополоса — другая, если высота — то третья. Универсальной стратегии нет. Враг наш далеко не дурак. Он тоже готовится. Их опорные позиции построены из металла и бетона, извитая система ходов под землей, заградительные щиты из местного населения. Тем не менее наши идут, давят. В штурме позиций нет ничего унифицированного. Нет двух одинаковых штурмов.
План работы определён. Командир штурмовой группы знает, какие опорники нужно брать. Группу снаряжают. Все должно быть по погоде, удобно, ничего лишнего. Автомат, 10-12 магазинов и побольше гранат. Нужно найти баланс в экипировке, чтобы быть мобильным. Предстоит бежать, ползти, залетать в блиндажи, «экип» в этом случае играет важную роль. Бронежилет, каска, прочный маскхалат, удобная обувь. Каждый штурмовик подбирает это под себя учитывая свои анатомические особенности. Автомат тоже делают под себя. Кто-то обвешивает его всякими планками, ставит ручки, ДТК (дульный тормоз-компенсатор, — ред.). Кто-то работает как «олдскул», без всего. ДТК закрытого типа или «банка» хороша, если ты работаешь ночью, что бы твою огневую позицию не спалили. Но он добавляет вес. Многие вешает коллиматорный прицел. А кто-то вообще стреляет «по-сомалийски» (без упора приклада в плечо).
Штурмовать идёт группа. Головной дозор идёт первым, пулемётчик, гранатомётчик, как огневая мощь — последними. Пулемётчик — это вообще мегамощь, он прёт свой пулемет сам, плюс ленты к нему. Минимальная лента — на 100 патронов, а запас БК должен быть минимум на 1000 патронов. Стрелять он может долго, и нашим это в помощь. Пока пулеметчик работает, подавляя огневые точки врага, наши двигаются вперед.
При этом, как только пешая группа взяла опорник, пулемётчик подтягивается, и что бы её удержать и дать фору в продвижении наших штурмовиков дальше, оборудует себе новую огневую точку. Связь с командным пунктом — через радиостанцию.
Сверху летают БПЛА. Командир видит картинку с коптера, он корректирует действия пехоты по радиостанции. Связь играет главную роль. Нет связи — слепые котята. На земле в темноте на пересеченной местности очень сложно ориентироваться. Как правило, все подходы заминированы. Это одна из серьезных опасностей на пути штурмовиков. У врага так же выстроены огневые точки с пулеметами. Продуманные минные поля, сеть растяжек и по прямой и по улитке. И нет такого, что наши, как туристы, идут по лесочку, насвистывая «смуглянку». Наши идут, пробираются, ползут, перебегают, как в ужаленные в «пятую точку», падают, зарываются.
Очень частно, а можно сказать, что всегда, есть раненые. Тут в составе группы есть условный медик. Это тот, кто чуть больше остальных знает и натренирован на оказание первой помощи. Максимум, что можно сделать в тех условиях — наложить жгут, затампонировать рану, обезболить, оттащить в более безопасное местно и ждать эвакуацию. Безопасным местом можно считать корягу, канаву, воронку от снаряда, место под возвышенностью. В общем всё, что может скрыть раненного от дальнейшей атаки. Хотя сейчас работают «птички», и это становится всё сложнее. ВСУшники наших раненых варварски добивают.
Где штурм, там нет машин. Группу привезли на броне до некой точки «ноль», и дальше они спешиваются и всю дорогу идут пешком. Соответственно, при ранении, если может идти, то идёт, если нет, то ждёт, когда до этой точки сможет добраться группа эвакуации. Ждать могут от нескольких часов до нескольких суток. Были случаи, когда помощи ждали 15 суток. Это, конечно, крайние случаи, но в нашей практике такие пациенты были.
Зимой — минусовые температуры, снег. Гипотермия — враг любому ранению. Мы всегда советуем иметь 2-3-4 саморазогревающиеся грелки. Понятно, что это не панацея, но на 3-5 часов поможет держать тепло. Веса нет, помещаются в карман. И фольгированные одеяла, минимум 1-2, иметь нужно. Что касается транспортировки раненого, то всякие массивные носилки-тележки — не вариант «передка». Максимум — мягкие носилки. Как правило, это пересеченная местность, и любые колёса будут вязнуть. У тележек есть свой вес, плюс к нему — вес раненого. Это становится просто неподъёмным грузом. И максимально заметной целью, прямо-таки мишень для любого сброса.
В тот момент, как подгруппа нападения скрытно, насколько это возможно, приближается к намеченному опорному пункту, в помощь ей работает подгруппа огневого поражения. Подгруппа огневого поражения находится на определённом расстоянии и обеспечивает подгруппу нападения огнём из стрелкового оружия, гранатомётов, РПГ и РШГ.
В группе ко всей амуниции и оружию, рациям можно еще добавить тепловизор и прибор ночного видения. Много их не нужно. Есть свои нюансы работы с этими гаджетами. Первое и самое главное — ими нужно уметь пользоваться. Ну а второе — после того, как ты перестаешь смотреть в ПНВ, глаза слепые. Это может выглядеть круто и имеет в целом хороший практический смысл, но к тому, что ты минимум на 10 минут будешь слепой на один глаз, нужно заранее приготовиться. Тепловизор нужен для стрельбы в темноте, но он здорово увеличивает вес, и твоя мобильность резко теряется. Нужно хорошо оценить условия штурма и снаряжать себя тем, что реально необходимо в тех условиях.
Штурм может идти несколько часов, а может и несколько дней или даже месяцев. Все неоднозначно. Можно, как «Безумный Макс», залететь по-быстрому, можно попасть под такой огонь, что земля дрожать будет до самого Ада. И мало зайти на позиции — там нужно закрепиться. А это бывает порой сложнее, чем сам штурм. Все координаты своих позиций ВСУшники знают и начинают накидывать туда из всей артиллерии. Запускают туда стаи дронов-камикадзе. Пытаются в контрнаступление своими резервами.
Может быть наши штурмовики и могут немного отдохнуть после взятия опорника, ну это так, минуты на три. Там дальше должны идти вторым эшелоном группы закрепления. Обычно такая связка и работает: одни штурмуют, другие закрепляются.
Движение двойки
Сегодня поговорим о действиях в «двойках».
Вы могли встречаться с подобными приёмами, они имеют разные названия, может какие-то детали, но основа одна.
— возможности;
— обязанности двойки;
— движение перекатом (чехардой) вперёд;
Возможности
Вы можете оказаться в «двойке» например в составе наблюдательного поста, секрета, снайперской пары, расчёта пулемёта, дополнительного дозора, или же она может образоваться в ходе понесённых потерь.
Умение действовать в двойке позволит легко перейти в «четвёрку» и «тройку». Для командира это вариант быстро научить группу новичков хотя бы какому-то взаимодействию.
Обязанности
От самих слов уже чувствуется груз ответственности, но без них никак.
В двойке есть старший и младший (обязательно!). – один ведущий, другой ведомый, как у лётчиков.
Старший (ведущий) отвечает за всё:
— связь, навигацию, технику имущество, ход выполнения задачи, маскировку
Он должен проверять готовность ведомого к выполнению задачи, добиваться выполнения команд, добиваться слаженности и взаимодействия.
Всегда проверяйте вашего напарника. Даже если вы друзья детства, даже если братья близнецы, даже если муж и жена (а вдруг и такое бывает – лично не знаю).
Вот простой пример:
— Вась, ты подготовил станции?
— Конечно, всё ещё вчера.
— Работают?
— Конечно.
— Тогда погнали…
Час спустя выясняется, что одна станция разряжается или частоты не совпадают, а то и вообще режимы другие настроены – минимум задача не выполнена, максимум это потери.
Или другой пример.
Разделили имущество – напарник берёт коврики, а вы тент. Группа добралась до точки забазирования и вашей двойке приказали отдыхать до смены. Вы приготовили тент, и заменили товарища на прикрытии и тут слышите:
— грёбаный Экибастуз!..
Теперь вы будете спать на сырой земле, если нельзя порубить еловых веток. Как итог вы не отдохнёте, будете невнимательны и можете сорвать задачу. Хотя ещё с утра вы его спросили:
— Ты взял коврики?
— Обижаешь, братишка, ещё вчера вечером положил.
Доверие это хорошо… Но проверять ваша обязанность.
Младший (ведомый) должен лично готовить свою экипировку и снаряжение, подчиняться приказам старшего; знать задачу подразделения, виды передвижений типовые команды старшего и другие нюансы.
Проверь себя сам. Сделай список (вроде чек-листа).
Есть вещи, которые нужны постоянно: боеприпасы, еда, вода, лопатка и т.д. А есть зависящие от задачи – тот же тент, коврик, линейка, бинокль.
Движение перекатом (чехардой).
Воин всякий должен знать свой манёвр, говорил Суворов.
Соблюдение боевого порядка есть база тактики. Наиболее успешные подразделения регулярно добиваются слаженных действий – только так можно выполнить задачу. Например, спецназ полиции постоянно оттачивает приёмы штурма зданий, что доводит их действия буквально до рефлекса, в ситуациях, когда думать и анализировать нужно скоротечно. Если вы будете в двойке долго соображать, куда вам бежать или как вам лечь, то скорее всего вы будете ранены или погибните.
Один из таких манёвров двойки – перекат.
Помните в детстве игру, где каждый перепрыгивал по очереди своих одноклассников? Тут точно такой же принцип (только перепрыгивать не нужно). Передвижение идёт, как бы через одного.
Для начала мы встанем углом (рис – 1). Один впереди 3-5 метров, другой позади (о типах построений расскажу в следующих публикациях, пока работаем с одним).
Сразу замахнёмся на «огневой» способ передвижения (рис 2-3). Суть его в том, что один боец ведет огонь, чтобы заставить противника укрыться или снизить точность его стрельбы. В это время второй, используя подавление, перемещается вперед. После этого они меняются ролями: первый боец переходит на новое место, второй начинает прикрывать его огнем.
Такое чередование позволяет двигаться быстро и эффективно.
При движении «перекатами» часто используются следующие команды:
-
«На позиции» — когда солдат завершил перемещение, но еще не готов вести огонь.
-
«Держу» — когда солдат готов прикрывать другого огнем.
-
«Пошел» — когда солдат, завершивший перебежку, готов открыть огонь, чтобы прикрыть другого.
-
«Иду» — команда, чтобы предупредить соседей, что солдат начинает двигаться и не может вести огонь.
Можно сократить до «держу» и «иду».
Команда «на позиции» и «пошел» помогает скорее не тупить напарнику на промежуточной позиции и продолжать движение.
Во время тренировки важно, чтобы команды произносились по очереди четко и осознанно, а не автоматически после перебежки. Сначала солдат должен занять огневую позицию, подготовиться к стрельбе, а уже потом давать команду «держу» или «пошел».
Например, вы делаете перебежку, залегаете, смотрите через прицел в направлении противника, имитируете огонь и только потом произносите «Держу».
С течением времени, по мере улучшения слаженности, количество команд сокращается, а то и вообще не произносятся. Однако на начальном этапе важно проговаривать все команды, чтобы запомнить последовательность действий.
Длину перебежки ограничим до 3-5 шагов. Помогает такой «код»: сейчас-меня-убьют или встал-он-меня-увидел-лёг. 1 Слово = 1 шаг.
И так перемещаемся по сто метров, затем разбор ошибок. Ещё сто метров и снова разбор ошибок. Так вам хватит поработать 30-40 минут чтобы закрепить результат. Затем попробуйте ускоряться. Если получается без ошибок, переходим к следующим элементам.
